Амалия. Книги 1-5

– Тогда зачем она здесь? Разве приличная женщина станет принимать приглашение неизвестного попутчика, чтобы тащиться с ним за тридевять земель неизвестно куда? Ха!

Доводы дядюшки поколебали стойкость Ричардсона.

– Но, – промямлил он, – она никогда не давала мне повода думать…

– А тут и нечего думать, – оборвал его дядя Чарли. – Она – блондинка, а среди блондинок нет приличных женщин, запомни, Боб! И такую особу ты притащил под родительский кров? Стыдись!

Зычный голос полковника разносился по всему дому. Амалия в своей комнате наверху, конечно же, ничего из его разглагольствований не пропустила. Одно только слово осталось для нее непонятным, и она тут же заглянула в англо-французский словарик, который на всякий случай прихватила с собой, но его там не оказалось. Слова, не входящие в словари, никогда не вызывали у Амалии доверия, и она справедливо подозревала, что за ними может скрываться все что угодно.

Ужин подали внизу, в большой комнате с белыми занавесками на окнах. Служанка Чикита подала блюда и отошла к дверям, умирая от любопытства. Полковник был хмур, как туча, Ричардсон делал жалкие попытки поддержать подобие разговора. Амалия его озадачивала и смущала: не далее чем утром она бегло говорила по-английски без всякого акцента, теперь же ее речь стала корявой, как у настоящей иностранки. Вдобавок она величала дядю Чарли мосье Шарлем, что тому было явно не по нутру.

– Мосье Шарль, – проворковала она, – вы должны мне помочь. Я недавно слышать одно слово, я его не понимать. Я очень извиняться, но ведь я иностранка, а для чужого человека трудно все знать.

Полковник в ответ что-то невнятно пробурчал и с остервенением впился зубами в баранью ногу.

– И что это было за слово, которое поставило вас в тупик? – поинтересовался Ричардсон, отрезая себе хлеб.

Полковник поперхнулся. Чикита фыркнула и зажала рот фартуком. Длинная физиономия Роберта стала еще длиннее.

– Гм… – замычал он с несчастным видом.

– И где же вы слышали это? – проворчал полковник, откашлявшись.

– О! – Амалия с умным видом приставила палец к кончику носа. – Два джентльмен говорить о какой-то леди.

Взглядом Роберт призвал полковника на помощь.

– Да женщина! – ответил за него дядя Чарли. – Ну, конечно! Достойная женщина!

– То есть whore? – полюбопытствовала Амалия.

– Разумеется, – заверил ее полковник.

– Да, – подтвердил Ричардсон, – whore значит достойная женщина.

– Ах, вот как! – обрадовалась Амалия, и в глазах ее запрыгали золотые искорки, как в хорошем шампанском. – Наконец-то я знаю, как сказать: достойная женщина. Полковник, ведь ваша мать была whore, не так ли?

Дядя Чарли сделался багровым. Не сразу, а последовательно пройдя через нежно-розовый, пунцовый, пурпурный и свекольный оттенки.