Амалия. Книги 1-5

 – Боже! Гриша! Что с вами? Пожарные приняли вас за огонь в Большом театре? – Тут она заметила котенка и тотчас же забыла обо всем на свете. – Какая прелесть! Какой хорошенький! Откуда он, Гришенька?

Амалия в нескольких словах объяснила ей происшедшее.

– Гриша! – воскликнула Муся, прижимая к себе котенка. – Да вы герой! Немедленно приводите себя в порядок и возвращайтесь к нам.

– Пожалуй, я напишу об этом герое заметку, – подал голос Верещагин. – «Рискуя жизнью, смельчак спас котенка».

– Только попробуй! – просипел Гриша, идя к двери. И прежде чем Федор увел его, успел показать журналисту кулак.

Котенок дрожал всем телом. Муся обтерла его платочком, чинно села рядом с Амалией и посадила зверька на столик. Улыбающаяся горничная внесла блюдечко с молоком.

– Просто поразительное существо этот Гриша, правда? – спросила Муся. – Никогда не знаешь, чего от него ожидать!

– Это было очень благородно с его стороны – спасти котенка, – искренне сказала Амалия.

– Держу пари, – заметил Верещагин, – он был пьян.

– А вы злюка, Эмиль! – укоризненно заметила ему Муся, надув губки. – Нехорошо быть таким… гадким!

Котенок понюхал молоко и начал лакать его маленьким розовым язычком.

– Как мы его назовем? – деловито спросила Муся у Амалии. – Он такой милый!

– Назовите его Мышонком, – предложил журналист, забавляясь от души.

– Ну уж нет, – вмешалась Амалия. – Мы назовем его Снежком!

– А ведь правда! – восхитилась Муся. – Он белый, как снежок! Какая ты умница, Амели! Мне бы нипочем до такого не додуматься.

По взгляду Верещагина Амалия догадалась, что он собирался сказать что-нибудь едкое, но тут горничная доложила о приходе князя Рокотова, графа Полонского и Мити Озерова.

– А вот и наши три грации, – ввернул журналист.

Муся, не удержавшись, фыркнула.

– Похоже, сегодня вы обижены на весь свет, – вполголоса заметила Амалия Емельяну, когда Муся поднялась с дивана здороваться с друзьями. – Что с вами?

Верещагин бросил на нее косой взгляд и улыбнулся бледной, вымученной улыбкой.

– Со мной, Амалия Константиновна? Уверяю вас, дело вовсе не во мне.

– А в ком же? – настойчиво спросила девушка.

– Это все императрица Мария, – поморщившись, признался журналист. – Как вы, наверное, слышали, она умирает.

– Я рассчитывал, что мне дадут написать о ней хорошую большую статью. В конце концов, я не первый год работаю в газете… Но статью напишет Петр Борман, племянник редактора, а я, как обычно, буду писать о благотворительных базарах. – Верещагина аж передернуло от отвращения. – Ненавижу благотворительные базары! Хуже их только объявления о пропавших животных, можете мне поверить.

Он умолк и перевел взгляд на Мусю, которая о чем-то препиралась с графом.

– Да, да, да! – с азартом возражала она.