Антикиллер-4. Счастливых бандитов не бывает

Любой другой член команды за такие шутки сразу получил бы в морду. Крысе по каким-то таинственным причинам позволялось то, что не позволялось остальным, но и ему следовало знать меру. Одно дело хватать Цифру за сиськи – это разрешалось особо отличившимся бойцам, стимулировало их недоразвитую психику на подвиги (так по крайней мере считал Шкет). И совсем другое – посягать на самку вожака в открытую…

– А ну, отвали! – рыкнул Шкет, замахиваясь. А Цифра за его спиной едва заметно подмигнула.

Крыса скорчил покаянную рожу и отвалил к соседнему столику. К Шкету подошел Франц.

– У тебя гость, – сказал он с озабоченным видом.

– Какой еще гость? – не понял Шкет. – Он что, читать не умеет?

Дело в том, что на двери «Кружки» с момента ее открытия висела табличка «Посторонним вход воспрещен», для особо непонятливых снабженная рисунком, изображающим череп со скрещенными костями. Франц был своим человеком, «Кружка» была закрытым заведением, рассчитанным на одну-единственную компанию – своеобразный «кружок по интересам». То, что заведение находилось в полуподвале многоквартирного дома и не было снабжено яркой вывеской, способствовало тому, что посторонние сюда и в самом деле являлись крайне редко.

– Он умеет читать, – сказал Франц. – Он ищет тебя.

Шкет встал из-за стола. Сидящие ближе других и слышавшие разговор Мильонщик, Хан и Ниндзя насторожились.

Бомба тоже все слышал, но с обычной своей дебильноватой ухмылкой продолжал тянуть пиво.

– Кто он такой? – спросил Шкет.

– Сказал, ты его знаешь.

– «Угол», что ли, какой-нибудь?

– Не похож. Иди, сам увидишь. Он на входе.

Ниндзя привстал со стула.

– Сиди, где сидишь! – с неожиданной злостью рявкнул на него Шкет и начал подниматься по ступенькам.

У него вдруг появилось какое-то нехорошее предчувствие. Неужели это его вечный кошмар? Свидетелей ему сейчас только не хватало!..

Незваный гость стоял в крохотном вестибюле, две тусклые лампы освещали его со спины, поэтому единственное, что можно было рассмотреть в его внешности – это стрижка «под горшок» и курносый нос.

– Здорово, братуха! Ты и есть Шкет? – развязным, блатным голосом произнес незнакомец.

Шкет с облегчением вздохнул.

Он почесал спину, попутно нащупав рукоятку пистолета за поясом джинсов, и встал напротив, на таком расстоянии, чтобы в случае чего мозги пришельца не забрызгали куртку и лицо. Впрочем, это были киношные понты – стрелять в своем логове он, конечно, не собирался. Просто взбадривал сам себя.

Блатной тенор прозвучал спокойно и негромко, но заполнил собой все тесное пространство вестибюля. На его фоне собственный голос показался Шкету жалким мышиным писком.