Антикиллер-4. Счастливых бандитов не бывает

Подарки не дарил, в бары-рестораны не звал, но гулянку устраивал всегда: привозил баклажку-другую чачи или спирта, а иногда и канистру кислого вина. Ну, а Гирька с Агафоном руководствовались в жизни простым правилом: халява кислой не бывает, тем более в эпоху финансового кризиса. Где попойка, как говорится, там и праздник… Так что дважды звать их не пришлось. Забыв про особняк Мудозвона и бессовестно сияющую разноцветными огнями елку, братья рысью поднялись на третий этаж и радостно вломились в латаную-перелатаную дверь с выцветшим номером «23». Дверь, как всегда в торжественных случаях, была открыта.

…А в тесной «двушке» уже вовсю пахло достатком и праздником – подгоревшим салом и яичницей-болтухой, из старенькой магнитолы баритонил Шуфутинский, шлепали суетливо по полу тапки старенькой Нины Семеновны, доносился из кухни солидный Вовкин говор, звенело стекло, плыл дым, и стоял тот бестолковый и радостный шум, который невозможно разъять на составляющие его звуки и который всегда сопровождал начало серьезной пьянки.

– Ну что, доходяги, еще живы? Еще не загнулись от паленой водки? – снисходительно поприветствовал их Контрабас.

Вовка был прапорщиком, но называл себя офицером и говорил всем, что вот-вот поступит в военное училище и обязательно станет майором.

Он сидел на табурете в полосатой десантной майке, открывавшей могучие плечи и руки. Из-под его подмышки выглядывало раскрасневшееся от чачи, улыбающееся девичье лицо с родинкой у краешка губ – то ли Вовка привез ее с собой, то ли зацепил какую-то из местных.

– А нас паленая водка не берет! Потому что мы ее тоже не берем! – солидно произнес Гиря, пожимая руку старшого и торопливо усаживаясь за стол.

– С коньяка на водку перебиваемся, здоровье бережем! – поддакнул Агафон.

– Мать, ну где ты там? – нетерпеливо крикнул он в коридор, где шептались о чем-то Нина Семеновна с Полухиным.

– Мы с Гирькой голодные, как не знаю кто! В грудях все пригорело!

– Подождете, дармоеды! – каркнула старуха. – Работать надо, самим зарабатывать!

Тренькнул дверной звонок, послышались голоса. Известие о приезде Контрабаса разнеслось по району, подтягивались его бывшие дружки и с ними всякий случайный сброд.

Нина Семеновна криками и матом спроваживала самых назойливых. Полухин опять побежал за закусью, сегодня он за гонца. Не дожидаясь очередного наплыва халявщиков, Агафон с Гирей быстро маханули по стакану – за встречу. Потом Гиря объявил, что «между первой и второй перерывчик небольшой». Выпили по второй. Пришла Нина Семеновна, принесла винегретику. Тут настал черед и третьей. Старуха, не моргнув глазом, тоже выпила с сыновьями стакан крепчайшей чачи, томно отставив в сторону корявый коричневый мизинец.