Антикиллер-4. Счастливых бандитов не бывает

Оно, начальство, наделило его властью, выдало форму, удостоверение и пистолет, оно регулярно пишет на него хвалебные характеристики, присваивает новые звания и продвигает по службе… И таких теслюков с каждым годом все больше, причем не только в ментовке – и в следствии, и в прокуратуре, и во властных структурах… Иногда какого-нибудь оборотня ловят за руку, отдают под суд, а начальники и сослуживцы его хвалят и искренне удивляются, как будто и не подозревали, что негодяй у них на глазах творил свои черные дела! Леший не понимал: как такое может быть? Если кто-то крысячит «бабки» из общака, неужели братва его не раскусит и будет ждать, пока со стороны ревизор приедет? И неужели пацаны начнут удивляться и выгораживать, а сами не спросят с крысы, как с гада? И разве не ответит тот, кто крысу привел, и кто за него поручился? А бухгалтер, денежки общаковые считающий? А Хранитель общака? Все ответят, хотя и разной мерой! Вот и выходит, что у воров все честней и правильней, чем у государственных чиновников!

От возвышенных философских размышлений Лешего оторвал грубый факт прибытия в Нахичеванский райотдел.

Теслюк не стал регистрировать его в дежурке, а сразу повел в какой-то кабинет. Опера так часто делают: им есть о чем поговорить с задержанным: скачать информацию, попробовать завербовать или прокачать на причастность к нераскрытым преступлениям. Но участковые не ведут оперативной работы, поэтому Теслюк должен был сразу записать его в журнал задержанных, составить протокол о правонарушении или написать рапорт о преступлении и передать в дознание. Почему капитан ничего этого не сделал? Оттого, что Клищук ничего не совершил? Но тогда зачем его вообще задерживать?

– Что ты делал в «Загоне»? Кто тебя туда послал? Что ты там вынюхивал? – начал наезжать Теслюк, буравя его своими, похожими на оловянные пуговицы, глазами.

 – Покажи руки! Ширяешься?

– Я кента искал, долг получить. А Ворона сказал – нету его. Вот и все, – не вдаваясь в излишние подробности, объяснил невинный, как слеза девственницы, гражданин Клищук, уверенный, что теперь-то его точно отпустят.

Но Теслюк смотрел с подозрением, продолжал расспрашивать, хитро переставляя вопросы, потом позвонил кому-то по короткому номеру:

– Товарищ подполковник, я тут подозрительного типа доставил.

В «Загоне» что-то вынюхивал… Да нет, не УСБ, какой-то Клищук, ранее судимый… Нет при нем ничего. И следов уколов нет. Пургу гонит, что искал кого-то. Не нравится он мне… Да можно и оформить, дело не хитрое… Есть!

Леший понял, что столкнулся с могущественной «крышей» «Золотой мили», а значит, говорить про Лиса этим гнилым оборотням ни в коем случае нельзя. Значит, надо обходиться своими силами.