Антикиллер-4. Счастливых бандитов не бывает

Если с ним что-то случится: менты примут или кто-то на перо посадит, тут же приезжает разборная бригада и спрашивает: как так получилось? Нет ли здесь предательства, злого умысла или неуважения к собрату по профессии? Но это совсем другая песня! К тому же времена эти давно канули в Лету: сейчас никто не объявляется хозяевам, а значит, работает на свой страх и риск… А вот так – посылать вроде как наместника, да еще под ответственность хозяев, такого никогда не было! И что теперь делать Смотрящему?

Дверь открылась, заглянул верный Паяло.

– Колотуха пришел, и еще два дебила с ним…

– Колотуха? – Босой напрягается, вспоминает. – А на хера он мне сдался?

Босой недоволен. Он разнервничался, боль в груди обострилась, он как раз собирался прилечь, отдохнуть…

– Они в «Старом Арбате» были, на контроль ставили…

Паяло мнется на пороге, смотрит в пол. Потом добавляет:

– Морды им разхерачили. В лоскуты порвали…

– «Арбат»? Это что? – спрашивает Босой.

– Новая забегаловка на Темерницкой…

– Кто их послал туда?

– А чего ж он ко мне идет жаловаться?!

– Батон слетел с катушек, – сказал Паяло, не скрывая презрения. – Бухой он. Ему все пох…

Да, тиходонская община лежала в дерьме. Никто никого не боится, всякая шелупень что хочет, то и делает…

– И мне пох! – рассвирепел Босой. – Может, мне самому их по точкам водить?! Может, я сам должен «крыши» ставить?!

Он ударил кулаком по столу, поднялся. Движение оказалось слишком резким, Босой болезненно поморщился, оперся о стол. Батон его до самых печенок достал. Был он никто, никем и остался, пусть даже сейчас две бригады под ним, пятнадцать человек – такие же уроды, как он сам. Колотуха из их числа.

Припадая на правую ногу, Босой прошелся по гостиной. Обстановка в его доме не отличалась изысканностью – простой стол, накрытый льняной скатертью, старый облупившийся сервант в стиле «модерн» (как его понимали во времена 22-го съезда КПСС). И напольные часы размером со шкаф. Ни компьютера, ни телевизора. Босой не любил новшеств. Он вполне комфортно ощущал себя в обстановке середины 60-х, когда даже приемник «Ленинград» на десяти транзисторах считался в «Шанхае» редкой, суперской роскошью.

– Чья это точка? – зло спросил он.

– Не знаю, – пожал крутыми плечами Паяло.

Босой добрел до серванта, открыл бар, где среди аптечных коробок стояла одинокая бутылка перцовой настойки. Бутылка его не интересовала. Он раздраженно пошуршал упаковками, что-то забросил в рот, торопливо разжевал.

– Зови сюда Колотуху!

Паяло кивнул и вышел из гостиной. Босой смотрел ему вслед и потом долго не отрывал взгляд от закрывшейся двери, как будто подозревал, что его подручный остановился по ту сторону и то ли подслушивает, то ли подсматривает.

Да, бардак и разложение… Он ничего не мог с этим поделать.