Антикиллер-4. Счастливых бандитов не бывает

– Эй, басурмане, стаканы' давайте! – привычно заорал Батон.

– Под столами пошарьте! – улыбаясь, предложил Каскет. – Там, под крышкой…

Под специальными сервировочными столиками на колесиках действительно бывают крепления, в которых висят за ножки рюмки и бокалы… Но в стационарных ресторанных столах таких креплений отродясь не водилось. Однако, когда хочешь выпить и уже ощущаешь в горле согревающий вкус коньяка, не до подобных тонкостей. Стриженые головы заглянули под столы. Как и следовало ожидать, никаких стаканов там не было. Зато были серые брикеты стандартных двухсотграммовых тротиловых шашек и взрыватели дистанционного действия, зловеще помаргивающие красным сигналом боевой готовности.

– Твою мать..! – Индеец среагировал мгновенно: сорвался с места, в несколько прыжков подскочил к двери, с разбегу ударил в нее всем телом и… отлетел назад – дверь была заперта.

– Не дергаться, бараны!

Каскет встал и поднял руку с крошечным пультом, на котором мигала красная лампочка в такт с лампочками взрывателей. Большой палец лежал на кнопке, блестящая антенна была готова послать роковой сигнал.

– Вас размажет отсюда и до самого рынка!

Голос Каскета звучал уверенно и ровно. Это не был голос сумасшедшего или неврастеника. У братвы зашевелились короткие волосы.

– А ты сам как? – прокаркал Босой. – Или заговоренный?

– Мне начхать, я не из ссыкливых, – сказал Каскет и осмотрел «гостей». – Ну, так что? В штанах-то помокрело?

Каменно застывшие пацаны молчали.

Босой, не отрываясь, смотрел на его руку. Во рту скопилась горькая, как полынь, слюна.

– Ладно, твоя взяла. Мы уходим, – сказал он наконец.

– Нет, – Каскет покачал головой. – Я и так мог тебя выкинуть ногой под зад. А твоих дебилов мог не приглашать вообще. Давай проверим, у кого очко крепче! Или вы под нас ложитесь, или поднимаетесь на небо!

Свободной рукой он налил себе рюмку водки, выпил, закусил маслиной.

Ответа не последовало. Каскет усмехнулся.

– Не ссы, Батон, выходи!

– Ну, я… И что с того? – отозвался Батон. Его серое, рыхлое лицо, за которое он и получил свое прозвище, стало совершенно белым.

Теперь свободной рукой Каскет вытащил пистолет и прицелился в рыхлую белую булку.

– За что? Это беспредел…

Батон инстинктивно поднял руку с растопыренными пальцами, как будто она могла защитить от пули.

– За то, что наехал не по делу! – лицо Каскета исказилось, и все поняли, что сейчас он нажмет спуск. И он его нажал. В мертвой тишине раздался звонкий щелчок. Батон отшатнулся.

– Шутка, братва, расслабьтесь! – засмеялся Каскет, спрятал пистолет и опустил пульт. – Просто знайте, что теперь в городе я главный! К зиме соберем сходку и проведем выборы, как положено.