Двойня в подарок-2. Семья

Мне бы сгруппироваться и отразить отпор, но я не успеваю даже подумать, как мама тяжело вздыхает.

— И майку эту смени. Смотреть тошно. Тебе же розовый не идет, Лера. Ты в нем свинку Пепе напоминаешь…

Задыхаюсь от горькой обиды.

— Уходи, — шепчу, глотая слезы. — Слышишь? Уходи и больше к нам не возвращайся!

— Так-то ты с матерью, Лера, — поджав губы, кивает мама. Укладывает пирог обратно в коробку. — Мы с Ниночкой поедим, — произносит решительно.

И окинув меня презрительным взглядом, заявляет.

— Думаешь, если за мэром замужем, так тебе все дозволено? Но я так тебе скажу, Лера… Ты в этом доме долго не задержишься. Выкинет тебя Морозов за ненадобностью или в служанку превратит. Ты на себя посмотри, клуша! И на него. Думаешь, влюбился он в тебя. Ага! Как же…

Мать шипит, не скрывая ненависти. А я таращусь на нее обалдело и даже слова вымолвить не могу.

— Тимофей любит меня и дочек, — выдыхаю собравшись с силами. Голос звенит от уверенности.

— Утешься этой мыслью, — отмахивается от меня мама. — Развестись он с тобой не разведется, наверное. Такую вторую дуру еще сыскать надо. А таскаться будет. Вернее, он же и так от тебя гуляет.

— Что? Да кто тебе сказал?! — выкрикиваю в отчаянии.

— А мне и не нужны чужие сплетни. Собственными глазами видела. Я ж не такая дура, как ты…

Мама укладывает пирог в пакет и демонстративно шествует к выходу.

— Бред какой-то! — теряя остатки сил, опускаюсь на край табуретки. — Ты врешь… Все ты врешь!

— Нет, к сожалению. Хочешь у Нины спроси, — передергивает плечами мама. — Ты когда с девочками в больнице лежала, тут к Морозову забегала одна…

— И кто же? — спрашиваю, не скрывая сарказма. Умом понимаю, что это все чушь. Не станет Тимофей приводить в дом посторонних женщин.

Это же Шанск! Сарафанное радио быстро разнесет по городу сногшибательную новость. Сразу все местные кумушку примутся обсуждать новую пассию мэра. Тимофей этого никогда не допустит.

Во первых, дорожит своей репутацией, а во вторых — действительно любит нас.

Закусываю губу, вспоминая, как пару недель назад, в ночь нашего возвращения домой, мы выясняли с Морозовым отношения.

Вернее, я пыталась поругаться, а муж, сграбастав меня в охапку, нежно чмокнул мой нос.

— Я думал, ты спишь…

— Без тебя не могу, — признаюсь как на духу. Обвив руками мускулистый торс, заглядываю в уставшее лицо мужа. — Ты почему спать не идешь… Я ждала…

— Да с Аней Аркелиди надо было перетереть, — прижимает меня к себе Тимофей. — Там в Дашином деле столько подтасовок. Литвин, конечно, скотина бешенная…

— Ты им поможешь? — выдыхаю с надеждой. А с души сваливается огромный булыжник.

Аня — Аркелиди, слава тебе, господи!

— У нас с Анькой взаимозачет, — хрипло смеется муж. В глазах веселятся озорные чертики.