Я – инквизитор

Правда, когда он это делал, то был подсознательно уверен, что выживет. Сейчас такой уверенности больше нет. Но пока Андрей Ласковин жив — счет в его пользу.

ТОО «Шанкар». Девять зашторенных окон. Навес на шести колоннах. Под ним — крохотная автостоянка. Так и есть! Одна из трех припарковавшихся машин — черный джип «чероки». Там, на Мастерской, Ласковин не сумел разглядеть его номера, но наверняка номер тот самый. Глядя на основательный зад «чероки», Андрей ощутил неприятную пустоту в животе. И одновременно возбуждение-подъем.

Андрей медленно проковылял мимо автостоянки.

Из нутра «чероки» доносилась жизнерадостная попса. Сквозь заднее окошко джипа смутно просматривался силуэт человека. Две другие машины были пусты.

Свернув за угол, Ласковин зашел в первый же подъезд, проглотил таблетку болеутоляющего и присел на подоконник. Выждав минут десять, он вынул из кармана плаща «трофейный» пистолет («Carl Walter Waffenfabrik Ulm/Do, Modell TPH Cal. 6.35» — было выбито на его корпусе) и переложил его в левый карман куртки. Пистолет был небольшой, смахивающий на игрушку, но, как Ласковин уже убедился, достаточно смертоносный.

В обойме оставалось еще два патрона. «Помоечный» плащик Андрей оставил на подоконнике. Вряд ли кто-то польстится на ветхую тряпку.

На стоянке у ТОО ничего не изменилось. В джипе по-прежнему играла магнитола. Андрей присел у заднего колеса, выждал некоторое время, затем, пригнувшись, подобрался к правой дверце. Осторожно попробовал. Открыто.

— Ы! — сказал любитель музыки, когда ствол пистолета, из которого все еще попахивало порохом, уперся ему в нос. Сказал — и по собственной инициативе поднял руки. В правой — трубка мобилы.

— Положи, — сказал Андрей. — Уронишь.

— Не убивай меня, — почему-то шепотом попросил «тоболец».

Ласковин взял его свободной рукой за мягкое теплое ухо.

— Сколько ваших внутри? — осведомился он.

— Слушай, не стреляй, ладно?

— Я о чем-то спросил, — напомнил Ласковин, выворачивая ухо градусов на сто двадцать. — Не шевелись, не надо! — предупредил он дернувшегося и зашипевшего от боли бандита. — Сколько ваших внутри? — И ткнул стволом в ноздрю «тобольца».

— Т-трое… — выдавил любитель попсы.

Ласковин выпустил ухо и нанес бандиту аккуратный удар в челюсть.

Трое — это для него, теперешнего, чересчур. Открыв левую дверцу, Ласковин выпихнул обмякшего «тобольца» наружу, отметив, что организм больше не реагирует всплеском боли на каждое движение. Часа на два Андрей снова человек. Правда, лучше не слишком напрягаться.

Двигатель джипа работал. Ключи на месте. Ласковин сдал назад, развернулся и выехал на проспект. На углу с Пороховской он свернул, и еще раз свернул на Среднеохтинском. Сделав круг, он остановил «чероки» совсем рядом с ТОО «Шанкар» и вышел.