Хозяйка дома Чантервиль

አሁን ደም ነው ማኅተም ስለጀመሩ ቃል ሕግ».

В голове неизвестные иероглифы сложились в понятное мне заклинание, и гласило оно в переводе вот так: «Проклятие исчезни. Навеки запечатываю тебя в нигде. Моя кровь — печать. Моё слово — закон».

— Диа влоак вэрдван. Эк сиол жувирэв дианэт. Ми ва ис сёл. Ми ро ис вит.

Говорить эти слова было трудно. В горле то и дело, словно ком образовывался, или будто кто-то песка насыпал. Хотелось прокашляться и просто замолчать и отдышаться, но нельзя. Никак нельзя.

Оборванное на полуслове заклинание, не доведённое до завершения — это не просто опасно, но непредсказуемо и даже смертельно.

Поэтому, невзирая, на сопротивление проклятия, которое не хотело, чтобы его сняли, я взяла себя в руки и трижды нараспев произнесла заклинание, чуть хрипя и сипя. И о чудо! Я увидела, как над котелком сложные слова, складывались в красивое кружево магического плетения. Они просто появились в воздухе и растворились в моём вареве!

Вот о чём говорил Гарри.

Ты произносишь вслух древние слова, наделённые силой и твоя магия, что течёт в крови, наделяет их «жизнью», даёт направление.

Гарри молчал, потому как обронённое случайно слово, может принести роковые изменения в заклинания и само колдовство.

Мой фамильяр глядел на бурлящий котелок, в котором жижа вдруг обрела ярко-красную расцветку.

Я взяла толстое полотенце, обхватила им горячий котёл, подняла и понесла в середину дома.

Нужно было вылить часть этого зелья именно в центре дома, остальную часть на землю. Но тоже, не просто у порога выхлестнуть остатки варева, а уйти в самое мрачное место.

Таких мест в моём саду предостаточно.

И когда последняя капля упадёт, снова трижды пропеть заклинание.

В молчании, под изумлёнными взглядами призраков, которые высунули свои головы из стен, я и Гарри переместились в середину дома. То была гостиная.

И я очень аккуратно, чтобы не ошпариться, начала выливать волшебное зелье, которое должно снять проклятие. И как только половина зелья оказалась на полу — всё мгновенно впиталось! Будто я вылила не на пол, а на губку!

Но тут же дом сотрясло!

Гарри щёлкнул челюстью. А я едва не прикусила язык.

Но говорить было нельзя.

Мы переглянулись с Гарри.

И вдруг, снова встряска — сильнее. Зазвенели стёкла в окнах, качнулась люстра на потолке, замерцали магические светильники.

Призраки испугались и исчезли в недрах дома.

Не теряя времени, я кинулась к двери на выход.

Нужно немедленно завершить обряд!

Гарри летел вслед за мной.

Домик тоже хотел избавиться от проклятия и услужливо распахнул передо мной входную дверь. Выбежала на крыльцо и в изумлении раскрыла рот.

Жаль, что нельзя было говорить. У меня на языке вертелось много подходящих слов и выражений.

Гарри заскрипел зубами. Он, как и я был сейчас возмущён.