Хозяйка дома Чантервиль

— Вот почему, ты посоветовал мне выбрать золотой цвет, — прошептала поражённо.

Джон улыбнулся, гордо глядя мне в глаза и поцеловал мою руку, когда закончил с орденом.

Слуга удалился, и король снова дал знак глашатаю.

— Леди Чантервиль и верный подданный королевства инквизитор Джон Тёрнер объявляют о своей помолвке!

После этого заявления я спиной ощутила обжигающие завистливые взгляды, по толпе пронёсся вздох удивления и разочарования.

Ещё бы, как я выяснила, Джон был завидным женихом. А тут, бац, и я прибрала его к рукам.

Охренелли поди захлебнулась своим ядом и сейчас в муках корчи, медленно подыхает где-то в сторонке.

— Ещё одна гостья сегодняшнего вечера! Она находится под защитой короны! Представительница расы пожирателей! Дочь Вождя — юная Ахаранматара!

Маленькая Тара гордой и царственной походкой вышла откуда-то из-за портьер, сопровождаемая с двух сторон вооружённой охраной.

Девочке явно нравилось это мероприятие, потому как её лицо прямо светилось от удовольствия. Всё внимание приковано к ней. Мощный выброс эмоций, для пожирательницы сегодняшний бал — это изысканный и разнообразный пир.

Когда Тара предстала пред королевской четой и поклонилась им, придворные, откровенно говоря, были разочарованы. Они ожидали увидеть кого-то необычного, не похожего на людей, а вышла маленькая девочка с красными глазами.

По толпе прошлись шепотки, которые не остались не услышанными.

— Она же обычный человек.

— И чего в ней особенного?

— Ха! Пожирательница. Звучит грозно, а на вид — простой ребёнок.

Тара медленно обернулась к людям, сузила свои алые глаза. Она поймала мой взгляд, и я ей подмигнула. Давай, малышка, пора встряхнуть этих заносчивых снобов.

Тара широко улыбнулась и проговорила, обращаясь к королю:

— Ваша милость, могу я показать этим невеждам своё истинное обличие, дабы она не смели думать о моей расе, как безобидной и обыкновенной.

— Хм. Любопытно. Позволяю, юное создание, — разрешил ей величественно король.

Тара снова обернулась к придворным и…

Даааа, даже я, привыкшая уже к её жуткой второй биоформе, вздрагиваю, увидев её снова.

Что уж говорить о несчастных придворных?

Мне было весело наблюдать, как завизжали молоденькие девушки и юноши. Мужчины повыхватывали из ножен мечи, пожилые дамы грохнулись в обморок.

Тара невозмутимо приняла обычный человеческий облик и подошла к нам.

— То-то же, — сказала она довольная произведённым эффектом.

— Вот это да! — радовался принц, во все глаза, чуть ли не с обожанием глядя на юную Тару.

Только королеву откачивали от обморока. Её фрейлины подсовывали её величеству под нос нюхательные соли.

Король подозвал нас к себе ближе.

— Джон, это поразительно! — воскликнул монарх.

— Рад стараться, — ответил ему Джон.