Хозяйка дома Чантервиль

— Какая щедрость, — улыбнулась она и добавила: — Но моё предложение гораздо интереснее вашего.

Приблизился к ней ближе дозволенного и моего носа тут же настиг аромат Амалии, — приторно сладкий, тяжёлый, удушающий. Но этот запах ей, несомненно, шёл, подчёркивал её натуру — сладкую внешне, но смертельную внутри.

— Леди Марелли, я не нуждаюсь в предложениях абсолютно никакого рода, — мой ответ был твёрдым и красноречивым.

Я знал, что желает получить от меня эта красотка. Но, увы, как бы прекрасна Амалия не была, её красота меня не трогала. Даже наоборот, в чём-то отталкивала.

Быть может, я просто ощущал её истинную суть.

— Вы разбиваете мне сердце, граф, — опасно произнесла графиня, прищурив свои тёмно-карие глаза. — А ведь я могла бы подарить вам самую великолепную ночь в вашей жизни.

Она многозначительно посмотрела мне в глаза и провела розовым язычком по своим пухлым губам. Откровенно пошло, Амалия не скрывала своих намерений в отношении меня.

Вздохнул и понял, что ещё чуть-чуть, и я нагрублю этой приставшей ко мне женщине. Терпеть не мог людей, что навязываются и не понимают с первого раза моего конкретного отказа.

— Леди Марелли, чтобы разбить ваше сердце, для начала вам нужно им обзавестись, — проговорил я, чем вызвал возмущённый взгляд Амалии.

Она поджала свои пухлые губы, накрашенные алой помадой, потом её взгляд смягчился, буквально на секунду и она ледяным тоном произнесла:

— Учтите граф и инквизитор, Джон Тёрнер, я не прощаю отказов. Никто не смеет отталкивать меня. Никто.

— Всё когда-то случается впервые, — сказал я и резко обернувшись, ушёл.

К сожалению, я не видел, как леди Амалия Марелли провожала мою спину обозлённым взглядом.

Как она сжала в своих тонких пальчиках веер и переломила его на две части.

Всё, с меня достаточно на сегодня светских бесед.

А бал, тем временем, набирал обороты: Мужчины и женщины, юноши и девушки готовились к танцу; согласно обычаю, каждый выбрал себе партнёра, а затем все они на моих глазах закружились в паване*.

Невероятно сладостно выглядели двигающиеся, вращающиеся и порхающие пары.

Не был я любителем балов и танцев, но с удовольствием закружил бы в паване одну довольно эксцентричную особу.

Прав Перри. Я снова стал ей одержим. Возможно, зря я отказал леди Марелли. Быть может, её удушливая красота помогла бы мне забыться. Но не в моих правилах было менять свои решения.

На протяжении всего танца используется только одно па — шаг паваны, который может быть простым или двойным и делаться вперёд, назад или в сторону.

Простой шаг паваны: скользящий шаг с переносом веса на шагающую ногу (свободная нога приставляется или заносится перед шагающей с поворотом корпуса).