Хозяйка дома Чантервиль

Да, я сбежала, как трусиха, но сказать по правде, я ошалела от такого поведения!

Точнее, вопрос будет задан по-другому:

— Гарри! Что, чёрт возьми, натворила Оливия?! Против неё настроены абсолютно все!

Я плелась по другой улочке, не по той, что я пришла, а по параллельной. Здесь не было магазинов, здесь были таверны, гостиницы и рестораны.

И вот, я набрела на самый приличный, чистенький и ухоженный ресторанчик, и забилась в самый дальний угол.

— Ливи… — едва не плача проговорил Гарри. — Прости меня…

— За что, Гарри? Ты-то в чём виноват? — спросила устало, выискивая взглядом официанта.

— Я должен был тебя защитить от этой толпы дураков, но на меня вдруг нашёл ступор… — спешно начал объясняться Гарри. — Я… я не знаю, почему так произошло. Я ведь твой защитник, Ливи, а получилось, что я неудачник…

Его глазки совсем потускнели.

Погладила череп и сказала:

— Не говори глупостей. Любой бы обалдел от этих людей, что набросились на меня с обвинениями… Я не держу на тебя никакого зла и не собираюсь тебя ни в чём обвинять. Всё хорошо, дружок. Понял меня? Не расстраивайся.

Лучше объясни мне, что же Оливия такого натворила?

— Я сам не знал, что всё настолько плохо… — вздохнул Гарри.

Я взмахнула руками, выражая своё негодование.

— Это же просто… просто кошмар какой-то! — прошипела я. — Её же здесь ненавидят! Ты слышал? Сжечь предлагали!

— Слышал, — также понуро ответил Гарри. — Что Оливия делала в городе — я не знаю. Она не брала меня с собой и не рассказывала ничего. Я знаю только, что она делала в доме. Я уже рассказывал тебе…

— Да, я помню. Моя предшественница искала перерождённого в другом мире своего возлюбленного, который в этом мире погиб.

Кстати, а как он погиб?

— Это понятно. Но от чего он умер? — не унималась я.

— Как от чего? Я разве не говорил? — удивился Гарри.

— Нет, не говорил. Рассказывай сейчас. Я должна знать, раз заняла её место.

Гарри сверкнул глазами.

— Её любимый, по имени Николас, по одной версии убил сам себя, выпив яду. Самоубийство, понимаешь?

Мои глаза округлились от удивления.

— Ничего себе новость… — пробормотала я. — Как самоубийство? Почему?

— Ну-у-у-у… Вот по другой версии — его убили.

Но эту версию выдвинула сама Оливия. Насколько я ещё помню, она говорила, что её убеждали сыщики и инквизиторы, якобы все следы, отпечатки, вся обстановка, где это случилось, всё указывало именно на самоубийство, но Оливия не верила в это. А ещё, все начали винить, конечно же, её, так как намедни они поссорились…

— Глупость какая, — заметила я. — Кто будет себя убивать из-за какой-то там ссоры?

— Оливия также говорила. Она верила, что Николаса именно убили. И желала отомстить.