Второй брак 2

Это было в его характере — совершенно бесстрастно давить на человека, но сейчас мне наоборот было легче, что он готов меня выслушать.

Вздохнув, я закончила рассказ. До мелочей пересказав последнее видение, про проклятие, арест Анаис и сына Грегори, и про то, как я стала странно себя вести.

— Я даже не знаю, что это были за камни, но, боюсь, что они могут играть большую роль в проклятии. Если это возможно, то стоит их перепрятать. Чтобы никто больше не смог покуситься на них.

— Ха-х. — Выразительно выдохнул в ответ на мой рассказ кронпринц. — У Дамы Кровей действительно слишком большое наследство.

И так как никто уже не верит ни в проклятия, ни в магию, ее семья уже давно не в курсе, зачем хранит те или иные камни и драгоценности. Вряд ли уже кто-то решится на такое, но я перевезу все в более надежное место.

У меня уже заканчивался второй бокал.

Я сидела, не зная больше, что сказать.

Отныне мы были мужем и женой. Официального торжества не было, но был факт — наши печати, поставленные на брачном документе.

Кейл был моим мужем. Кронпринц. Я знала его так мало, несмотря на все сны о прошлом. С Рейнардом было проще, потому что я, как влюбленная в него девочка, досконально знала его привычки и вкусы, о которых он сам рассказывал.

Тем не менее, нашему браку это не помогло.

Я растерянно посмотрела в окно.

Была уже глубокая ночь. Где-то далеко, этой ночью, мирно спала моя семья в своем привычном доме. Больше ничего не могло нарушить их сон: как Анаис с Грегори Крамером, так и Факторы были устранены. Они лишились второй дочери, но приобрели кое-что более ценное — счастливую и долгую жизнь.

Удивительно, что для этого мне нужно было в этой жизни объединиться с моим палачом.

Я совершенно не знала его. Когда-то для меня он был всего лишь монстром, отнявшим жизнь моих родителей.

Мне долго тогда снились кошмары. То, как он на меня смотрел в ту ночь, и, как мне казалось, моя жизнь тогда повисла на волоске, и любое дуновение могло бы резко изменить решение кронпринца отложить мои пытки и казнь, и не похоронить вместе с родителями.

Его взгляд я помнила до сих пор. Отчетливо. Прямой, пожирающий, словно разъедающий кожу и кислотой сжигающий душу. От него было не сбежать и не спрятаться. Он подписывал приговор одним лишь взглядом.

Но теперь, когда я знала Кейла ближе… был ли он мне приговором?

Он смотрел на меня слишком долго, прежде чем отвернуться и уйти к моим родителям.

Меня оставили тогда в живых.

Как показывает ситуация с сыном Грегори, Кейл совсем не склонен оставлять человека в покое даже если существует хоть какой-либо шанс его виновности.

— Кейл. — сорвалось у меня с губ. — Ты знаешь, что я кое-что помню из прошлой жизни?

Он посмотрел на меня. В его глазах мелькнул немой вопрос.

— Я просто… — я подбирала слова.