Пересекая границу реальности Книга 2.

То, что эти рисунки несут определенный смысл - совершено ясно, иначе зачем бы им быть связанными тонкими черными линиями таким образом, что каждый из символов становился частью своеобразной сети.

Что интересно, на перемещающихся по пространству двора орков последняя совершенно никак не реагировала. Неужели тут существует какая-то система распознавания свой-чужой?

Задумавшись над этим вопросом, решила присмотреться к самим нелюдям. После ноябрьского нападения на школу я помнила, как они выглядят, хотя и без подробностей, так что сейчас имела чудесную возможность обновить воспоминания.

Не могу сказать, что была этому рада, но своего врага нужно знать в лицо, верно?

И первым, что мне бросилось в глаза, был высокий рост орков - метра под два точно. Смуглые, сутулые, с длинными руками и практически полностью отсутствующей шеей, так что казалось будто бритая, сплошь татуированная голова сразу переходит в мощные плечи, они имели крайне неприятные лица. Да и что могло быть симпатичного в тяжелых надбровных дугах, глубоко посаженных глазах и широких крупных носах, с очень короткой переносицей? Правильно, ничего!

Однако, несмотря на всю свою внешнюю, прямо-таки звериную мощь, орки двигались с поразительной быстротой и легкостью.

Также, наверняка ошибочным будет предположить, что уровень их интеллектуального развития ощутимо ниже, чем у большинства рядовых жителей Гелианы принадлежащих к роду человеческому (хотя, глядя на жуткие лица детей Хашурга, в это слабо верилось). Но, факты - вещь упрямая, а значит те отнюдь не так примитивны, какими кажутся на первый взгляд. Обладание магическим даром и умение его правильно применять, говорит об определённом уровне умственного развития.

Рассматривая становище орков и слушая их гортанную речь, из которой я совершенно ничего не могла понять, чувствовала, что меня буквально корежит от отвращения. А вот ощущения моих сущностей, которые наблюдали за происходящим вместе со мной, несколько разнились.

И если крылатая половина испытывала чистую, ничем не замутненную ненависть, предлагая все тут предать драконьему огню, то в кошке боролись инстинкты хищника, пополам с брезгливостью.

Я понимала, почему Индира не особо рвалась в бой.

Все дело было в запахе, который ощущался даже несмотря на то, что мы находились с подветренной стороны. Тяжелый, тошнотворно-гнилостный, он оставлял на языке неприятное металлическое послевкусие, которое было мне отчасти знакомо.

Сколько раз случалось так, что при готовке я случайно резала себе ножом пальцы, и вместо того, чтобы заклеить ранку пластырем, принималась ее зализывать, пытаясь остановить кровь? Правильно, много... И именно ее вкус ощущался сейчас во рту, вызывая волну отвращения.