Пока ангелы спят

Наталья пришла в себя первой:

– Леш, Леша… Ты почему из гостиницы убежал?

Его рука, обнимавшая ее плечо, напряглась.

«Неужели он сейчас опять впадет в свое безумие?» – тоскливо подумала Наташа.

Но Алексей не стал отвечать. Он остановился, прижал ее к себе еще крепче и впился в губы требовательным поцелуем.

…Море осталось на месте. Пляж, песок, мерцающая огнями набережная – все было по-прежнему. Но Наташа видела только ослепительно яркий букет из холодного света звезд и морских брызг. А в голове танцевало: «Мне будет больно? Ну и пусть. Ну и пусть. Ну и пусть!!!»

Они упали на песок, и Наташа отдалась во власть его сильных рук.

– Милая! Чудо мое! Я так тебя люблю!.. Господи, Наташка! Ты ведь…

– Ведь, ведь! Ты боишься?

– Я… я хочу этого. – Она дотянулась до его губ, накрыла их поцелуем. И даже не успела почувствовать, как все произошло. Она понимала только, что все позади, и ей вовсе не больно, и что Лешино тело пахнет свежестью, морем… И Наталья отдалась его силе, попала в его ритм, обхватила покрепче его спину. Она любит его! Любит!

И звезды погасли. Рассыпались холодным дождем. Утонули в глянцевом море, потухли в ночном песке. А Леша никак не отпускал ее. Он гладил и гладил Наташины волосы, плечи, грудь.

Она прошептала хрипло:

– Я тоже так думал, – серьезно ответил он. – Но у тебя ведь было?

– У меня было знаешь как… – Наташа с трудом подбирала слова. – Все вдруг куда-то упало, в глазах… закружилось, ноги ослабли. В общем, что-то совсем неземное.

– Ну, значит, он и был!

– Этот… венец наслаждения, ну… – Леша не смог произнести слова, смутился.

А Наташа расхохоталась и звонко чмокнула его в щеку. Она вскочила на ноги. Одежда осталась на песке. Протянула руку Алексею:

– Вставай, лежебока! Пойдем пить джин!

Он потянул ее обратно на песок. Наталья не удержала равновесия, упала, он прижал ее к себе. И сказал вполголоса:

– И родинка – там, где я видел. И фигура – один в один. И пляж, и море, и дома на набережной – все как в том сне.

– Ну, почти правда. А наяву все было лучше. Еще как лучше!

– Ты что, босиком? – только сейчас заметил Леша.

– Ага, – смутилась она. – Я за тобой сразу помчалась, даже не успела обуться.

«Зачем я это сказала, дура?! А, ладно. Помчалась – так и помчалась!»

И она честно призналась – в конце концов, может она быть честной со своим первым мужчиной?!

– Лешенька, Леш… ты кажешься таким странным!

Он молчал. Понурил голову. А она продолжала – неожиданно для себя горячо, страстно, решительно:

– Но знаешь, Лешка, я все равно тебя люблю. Даже если ты псих.

Он крепко сжал ее руку. И сказал твердо:

Данилов секунду подумал и добавил растерянно:

– Хотя говорят, что все сумасшедшие себя нормальными считают… Давай так поступим. Я тебе расскажу все. А ты уж сама решишь, псих я или нормальный.