Секрет от мужа сестры

— Что с собеседованиями? Уже кто-нибудь перезвонил?

— Пока нет, — я тяжело вздохнула и взяла в руки карандаш, принимаясь рисовать им на листке бумаги какие-то заковыристые линии и спирали.

— Ну ничего страшного, — подбодрила Дженни. — Кто-то просто еще не рассмотрел твои алмазные грани. Слепцы! Так… Марк! — на том конце связи послышались шуршание и треск. — Сначала я поговорю с мамой, — я улыбнулась, представив лицо Марка и как он тянется маленькой ладошкой за телефоном.

— Дай ему трубку, — попросила я вымученным голосом, ощущая, как сдавило все внутренности от тоски.

— Мам, привет! — раздался детский и звонкий голос Марка. — Как дела? Я хочу к тебе, — быстро тараторил сын, словно боялся, что Дженни отберет у него сейчас телефон. — Я ем исправно по утрам кашу, пью какую-то зеленую бурду… Да, я в курсе, что это шпинат, но все равно это невкусно, Дженни, — тихо возмутился Марк. — Мам, и спать я ложусь вовремя. Ты когда приедешь?

Мое сердце разрывалось в клочья, как я по нему соскучилась. Марк немного знал русский язык, и я хотела отдать его по прошествии времени в русскую школу, но в итоге выбор все же решила оставить за ним. В воспитании я больше придерживалась золотой середины и учитывала в первую очередь желания и интересы сына, а не свои.

— Скоро, мой родной. Мне нужно немного времени…

— Ладно, — выдохнул он. — Я буду ждать. Рассказать тебе, как я провел вчерашний день?

— Давай, — я снова улыбнулась, представив его синие, бездонные глаза и озорную улыбку.

Пока я слушала сбивчивый рассказ сына, меня вдруг осенило: а почему бы мне не привезти Марка в Россию на какое-то время, чтобы дать ему возможность самому решить, где он хочет остаться? Что, если этот климат ему не подойдет, или он соскучится по друзьям из садика? Я всегда тяжело принимала решения, и в данной ситуации по-прежнему не чувствовала ни грамма уверенности. Напротив, такой потерянной и запутавшейся я еще никогда себя не ощущала. Да, я скрыла факт рождения собственного ребенка, но ведь я же не собиралась прятать его от своей семьи всю жизнь. Как и не собиралась перекладывать ответственность за принятое когда-то решение на плечи ребенка, полагаться только на свои интересы. Я осилила большой путь в одиночку. Но смогу ли его продолжать — это большой вопрос. Сжечь мосты и порвать с Америкой я всегда успею, как и здесь наворотить кучу всего о чем бы потом наверняка сожалела. А если Марк прилетит с Дженни всего лишь на каникулы, которые мы проведем все вместе в Москве? Так ведь будет лучше для всех нас? Да и дома я уже «загостилась»… Совсем отвыкла жить с родителями, это факт.

— Дженни… — обратилась я к подруге. — Ты ведь мечтала об отпуске? — начала я издалека.

— Что ты задумала, ma chérie? — спросила подруга.