Штаб-капитан Магу-2

- После того, как покушения боевиков "Земли и воли" закончились неудачей, а ее руководство, за небольшим исключением, было арестовано, князь решил вновь шантажировать меня. Хотел, чтобы я ушел, а может просто не мешал ему, оставаясь на месте.

- Он мог бы просто вас убить, - предположил Лампсберг.

- Не мог, - возразил штаб-капитан. - Одно дело, когда убийство офицера однозначно ведет к террористам, и совсем другое, если мотив неизвестен. Он и стал бы самым первым подозреваемым. Так вот, в качестве предлога для шантажа я подкинул ему любовную связь с баронессой Люменкрофт.

Избытком деликатности штаб-ротмистр явно не страдал, что было свойственно всей их жандармской братии.

- А вы и в самом деле являетесь ее любовником?

- Это было давно, еще до моей женитьбы на княжне Белогорской. Расставшись с баронессой, мы сохранили дружеские чувства, и она согласилась мне помочь. Князю требовалось поймать меня на горячем, в процессе, так сказать. Вот я и придумал устроить якобы свидание в особняке баронессы. Предполагалось, что Чарторыйский с сообщниками проникнет в особняк, чтобы застать меня в спальне баронессы, а потом этим шантажировать. На самом деле я должен был незаметно покинуть особняк, а проникших внутрь злоумышленников встретили бы детективы, нанятые баронессой для охраны бриллиантов, взятых из банка. Получилось бы незаконное проникновение с целью грабежа, Чарторыйский не отвертелся бы!

- Но что-то пошло не так, - догадался штаб-ротмистр.

- Подробностей я не знаю, детали полиция скрывает. Около полуночи в особняке произошла перестрелка, Чарторыйский был убит, Полубинский ранен, пострадал кто-то из детективов и прислуги. Утром в соседнем дворе нашли труп унтер-офицера из роты Чарторыйского. Ротный использовал его для своих поручений.

- Да, заварили вы кашу, - нахмурился жандарм, - ладно, расхлебаем. Уж очень мне хочется с господином Полубинским побеседовать, как можно скорее. Он тяжело ранен?

- Понятия не имею, - пожал плечами Алекс, - меня там не было.

- Точно не было, - недоверчиво прищурился жандарм.

- Еще до полуночи я был в расположении батальона, - состроил оскорбленную мину штаб-капитан, - часовые и дежурный по батальону могут подтвердить мои слова.

- Хорошо, я вам верю. Возвращайтесь к себе в батальон, занимайтесь его делами, а мне необходимо обо всем доложить его сиятельству. Мне в этом деле что-либо решать не по чину будет, все дальнейшие решения будет принимать он. И пусть ваш Воцель завтра посетит наш департамент, даст показания.

- К кому Воцель должен обратиться? К вам?

- Нет. Я, как вы видите, мундира не ношу. Пусть спросит подполковника Бузыну, это мой непосредственный начальник. У вас еще вопросы есть?

- Где вы такое кресло купили? Уж очень удобное, хочу себе в кабинет такое же поставить.