Смертельный звонок [cборник]

Гуров подошел к толпе поближе:

— Товарищи, я из полиции. Буду расследовать поджог дома в вашем поселке. И да, это был умышленный поджог. Если видели посторонних недавно в поселке или на дороге, заметили что-то необычное, то расскажите мне, это очень важно. Я буду здесь еще три часа.

Никто не отреагировал, не бросился к оперу с важной информацией. Да он и не рассчитывал на мгновенный эффект, знал из опыта, что свидетели неохотно говорят на глазах у толпы. Поэтому и сообщил, что будет находиться рядом с домом Плесова. Тот, кто захочет с ним поговорить, найдет удобный момент без посторонних глаз.

Пожарные уже заканчивали работу, два человека растаскивали лопатами остатки тлеющих углей, чтобы огонь не занимался снова, один из них тут же заливал пеной остатки жара. Старший смены задумчиво водил ручкой над бумагой, заполняя отчет. Лев подошел поближе, представился и уточнил:

— Установили причину возгорания?

Пожарный кивнул на дом:

— Я специально попросил ребят не трогать, думаю, это по вашей части. Видите, три места отметили сигнальной лентой. Это три очага взрыва от стеклянных бутылок с горючей смесью. Внутрь запихнули тряпку промасленную, залили бензин, подожгли и бросили. Устройство простейшее, в данном случае очень эффективное из-за материала постройки. Дерево занялось мгновенно, когда мы приехали, спасать уже нечего было, оставалось только не дать пламени перекинуться дальше. Повезло, что ветра нет, а то бы весь поселок выгорел, пока мы по этим ямам ползли. Дорога, конечно, разбитая совсем, давно таких колдобин не видел. — Старший наряда подвел опера к краю пепелища. — Ну, так вот, три очага возгорания. Два там, где был дом, скорее всего, бросили одну бутылку на крышу, а вторую в окно. Мы нашли тонкие осколки рядом с толстыми бутылочными стеклами, а остатки снарядов еще в шифере с крыши, и третий был на расстоянии от основного места пожара. Видите, вон там третья метка с сигнальной лентой.

— Кажется, это была баня, — всмотрелся опер в черный металлический остов, скрученный пламенем в уродливую форму. — Труба и дверца, да, точно, это остатки печки или бака для нагрева воды.

Пожарный с сожалением отметил:

— Пламя уничтожает все до основания, опасная стихия. Наша работа закончена, мы сворачиваемся.

— Ладно, спасибо, что нашли места поджога. — Гуров смело шагнул по слою пепла.

Вверх от каждого шага поднималась черная зловонная туча из пепла и гари, забивалась в рот, мешала дышать, но Лев Гуров упрямо продолжал пробираться к меткам, которые оставила пожарная команда. Опер внимательно рассмотрел осколки, подхватил промасленную обгорелую тряпку и убрал в пакет для улик. Он долго возился с запорами печки, которые деформировались от огня и почти сплавились с дверцей.