Смертельный звонок [cборник]

Вроде бы на поверхности эта связь, ну кому, как не проворовавшемуся мошеннику, было выгодно в прямом смысле спрятать все концы в воду. А так трудно оказалось найти подтверждающие факты, что этот мертвый город создан руками Олега Шанурина.

Планерка продолжалась дальше, а Льва в плечо пихнул Стас, подмигнул ободряюще:

— Ты чего раскис, Лева? Давай эту дамочку американскую мне, я с ней поболтаю. Расслабиться ей надо, тогда заговорит. Тут одно кафе неподалеку открылось, туда ее надо вызвать для разговора. Сам знаешь, в управлении на людей стены давят так, что у них голова перестает работать. А там кофе с парой капель расслабляющего напитка, пирожное, глядишь, и память вернется.

И снова Гуров согласно кивнул — прав напарник-опер. На официальном допросе с внесением показаний в протокол свидетели замыкаются, боятся сказать что-то лишнее или ошибиться. К тому же на них давит официальная обстановка: люди в погонах, строгие лица, официальное обращение, проверка документов на входе. От такого немудрено позабыть все обстоятельства преступления, тем более что человеческая психика — хитрая штука и норовит как можно быстрее похоронить в глубинах памяти неприятные моменты. Действительно, надо перенести сегодняшнюю повторную встречу с Хелен Риккер в более приятное место. Он шепотом спросил у Стаса:

Тот ответил широкой улыбкой, радуясь, что попал своим советом в точку:

— Да это наше любимое «Кушать подано».

Брови у Гурова радостно взлетели вверх. Это действительно было излюбленное их со Стасом заведение, где они обедали, отмечали удачные закрытия дела или дни рождения. Сеть подобных заведений с одинаковым названием работала по всей столице, потому шли опера всегда на красно-белую вывеску, уверенные, что сейчас получат отличное застолье или комплексный обед. Да и персонал уже запомнил двух крепких мужчин, что стали постоянными гостями в филиалах кафе. А после того, как опера помогли справиться однажды с разбуянившимися после слишком большого количества горячительных напитков гостями, то стали буквально героями для работников кафешек. Их узнавали бармены, с ними здоровались администраторы, официанты по-свойски советовали лучшие блюда и обслуживали без промедлений. Гуров был рад оказаться в такой атмосфере, слишком тяжелыми стали последние дни: внутреннее напряжение до сих пор не отпускало, как и боль в горле, несмотря на то что сегодня ночь он провел дома в мягкой уютной постели рядом с мирно спящей женой. Вроде бы выспался, отдохнул, привел себя в порядок, а в голове до сих пор перед глазами зеленые утопленники в рыболовной сети, а нос чует призрачный аромат гниющих тел.

Поэтому сразу после планерки опер набрал номер Хелен Риккер:

— Здравствуйте. У нас с вами на два часа дня назначена встреча.