Смертельный звонок [cборник]

Теперь как бы растолковать…»

По счастью, и на этот раз фортуна была к сыщикам благосклонна. Один из оперативников, вглядевшись, аж присвистнул, спустил с лица маску:

— Лев Иванович? Станислав Васильевич? Вы тут какими судьбами?

— Да бегаем друг за другом, как маленькие идиоты, а воз и ныне там. — Крячко, опустив руки, свирепо вперил в Зубкова убийственный взгляд.

На него смотреть было в меру больно, он только и лепетал:

— Я ж не знал… я ж как лучше хотел, чтобы быстрее.

— Утопить бы тебя, да вода далеко, а свидетели близко.

— Все хорошо, — примирительно заметил Гуров, — мы-то тоже с тобой не ангелы.

— Мы другое дело, нам можно, — уверенно заявил Крячко, — а вот с него, с этого…

— Станислав Васильевич.

— Ладно, ладно. Молчу.

Хорошо все-таки иметь запоминающуюся внешность и незапятнанную репутацию. По крайней мере, майору Гришину этого оказалось достаточно, чтобы растолковать приключеньице юмористически:

— Мы, стало быть, контрольную закупку проводим, с привлечением сознательного населения, а тут вот какой улов.

— Вы, молодые люди, в следующий раз поосторожнее, — подал голос Маркович, безмятежно наблюдавший за всем этим действом, — разве можно было купиться на такую простенькую комбинацию?

— Зачем вы так о себе, не такая уж она простенькая, — двусмысленно польстил Станислав, хотя по всему было видно, что страсть как ему охота высказать все этому добровольному помощнику органов.

— Даже если бы я был злоумышленник, неужели вы могли поверить, что от бдительного ока Калерии Эдуардовны может что-то скрыться… это тут-то, где все на виду?

— Калерия Эдуардовна — это почтмейстер-библиотекарь? — уточнил Гуров.

— Это она сейчас библиотекарь и почтарь, а до того, как на пенсию уйти, она в вооруженной охране заведовала….

— В ВОХР подвизалась, — старик прищурился, — или вам эта аббревиатура не говорит ничего?

— Говорит, говорит, — утешил Крячко, заметно поостыв. Все-таки в подобной ситуации главное — над собой посмеяться, пока другие не начали.

Так, пора менять тему.

— Кого вываживаете, позвольте спросить? — поинтересовался Гуров.

— А вот как раз местного террориста, — Гришин кивнул на ту сторону канала, где уже зажигала огоньки такая безмятежная, тихая-претихая Мокша, — живет у них там короед один, и как по заказу, под боком у него и шлюз, и узловая железка…

Старик Маркович вставил ценное житейское замечание:

— Да они тут все не в себе, рождаются такими.

Я так понимаю, что близость железной дороги так действует. Ну и родовые травмы. С тех пор как повыселяли их в тридцатые, до сих пор не могут успокоиться.

— Откуда повыселяли? — решил уточнить Крячко.