Столица

Дали ему копье и выставили против него лучшего копейщика в отряде, который в молодости в столице обучался и знал много интересных приемов.

Тот копейщик, конечно, не собирался издеваться над крестьянином, которому посчастливилось убить парочку пьяных неумех, и начал с небольшой скорости и базовых стоек. Ну ты знаешь, шаг вперед – удар, шаг назад – блок. На его удивление, пацан хорошо держал дистанцию, умело оборонялся и даже замахивался на какие-то атаки. Тогда солдат увеличил скорость, прибавил некоторые финты, вроде ложных замахов, смены угла и подсечек, и заметил, что крестьянин также взвинтил темп, чуть не словил несколько плюх, уклонившись чудом, а потом выровнялся и добавил все эти финты к себе в копилку.

После отражения крученого удара, это когда копье резко проворачивается и удар идет утяжеленным противоположным концом, копейщик остановил бой.

– У него и правда редкий дар. Он использовал крученый удар после того, как увидел его в первый раз. А мне на его изучение потребовалось две недели, и еще несколько месяцев я встраивал его к себе в арсенал.

А он…

– Что ж, – хлопнул в ладоши командир отряда, – ты отказался пойти к бандитам. А не хочешь ли ты пойти в армию? Сможешь учиться у лучших воинов, защищать такие же деревни, есть досыта, носить доспехи, а еще тебе будут платить, а, значит, и твоя семья станет богаче. Что думаешь?

На это парнишка согласился. Вот с этого и началась слава Харскуля.

Несмотря на свой дар, он тренировался днем и ночью, провел сотни учебных поединков с каждым, кто соглашался, перенял сотни приемов и манер сражения, и становился все лучше и лучше.

Но он не только повторял чужие движения. Простое бездумное повторение еще никого не сделало лучшим. Нет, он постепенно выплавлял свой стиль боя, отбирал лучшее и выкидывал ненужное. Он мог сражаться с любым оружием против любого оружия, только луки и арбалеты не особо жаловал.

Отряд, в котором он служил, возгордился и начал задираться с другими отрядами, договариваясь на поединки и выставляя на них Харскуля. И его имя потихоньку стало известно во всех войсках провинции, а его опыт стал еще шире.

Потом войска провинции вызвали на учения, где нужно было отрабатывать тактические приемы вместе со всей восточной армией, но отряд Харскуля продолжил договариваться насчет поединков. А Харскуль продолжил побеждать.

Его пытались продвинуть по военной карьере, но талант Харскуля, увы, не затрагивал стратегию и тактику. Собой он владел великолепно, а вот командовать мог всего лишь десятком человек, да и то обычно старался прикрыть их и сделать все самостоятельно.

А потом случилась война.