Сводный брат бесит

— Расскажи мне, как ты жила этот год? У тебя все хорошо?

— Ты будешь жить у своей мамы, когда начнется учеба? Где она сейчас?

— Нет, я не буду с ней жить.

— А где ты будешь жить? — удивляется. — В вашем доме?

— Я прописалась в Рязани, поэтому получила место в общежитии.

Возникает пауза. Кожей чувствую напряжение и недовольство Данила, но я не позволю ему мне указывать. Я совершеннолетняя и теперь точно сама буду решать, где мне жить и где мне работать.

Громов, тяжело вздохнув, снова меня обнимает и прижимает к своей груди. По-прежнему молчит, хотя я чувствую, как тяжело ему дается сдержать себя и не начать командовать моей жизнью.

— Как твоя учеба? — перевожу тему. — Как китайский и арабский?

— Меня не зачислили в группу по арабскому. Это было типа наказания за то, что я опозорил честь МГИМО той дракой.

Я резко поднимаю на Данила лицо.

— Не отчислили и на том спасибо, — добавляет.

— И какой язык ты учишь вместо арабского?

Не знаю, почему, но я вдруг чувствую невероятное облегчение. В голове тут же предстают прекрасные пейзажи Лиссабона, которые я видела на фотографиях Арины из поездки в столицу Португалии.

— У меня к тебе еще один вопрос, — серьезнею.

— Помнишь, я осталась спать в твоей комнате, потому что ты мне заявил, что выход из нее платный?

— Ты меня тогда обнимал во сне.

Данил довольно кивает.

— А когда я утром уходила, ты сказал, что перепутал меня во сне с другой девушкой. Ты перепутал меня с Джоанной?

Лицо Данила изображается легким удивлением, а потом он тихо смеется.

— Нет, конечно. Я специально так сказал, чтобы позлить тебя. Ни с кем я тебя не перепутал.

Я недоверчиво смотрю на Данила, а он веселеет еще больше. Склоняется к моему уху и шепчет:

— Я полночи пялился на тебя, как дурак, а потом обнял и притянул к себе. Маша, тебя невозможно ни с кем перепутать. Ты веришь, что я тебя люблю?

Мои разум и сердце борются друг с другом не на шутку. Первый продолжает кричать о том, что я больше никогда не должна верить Данилу. Второе же хочет быть с ним, несмотря ни на что.

— Верю, — срывается с губ через долгую паузу, когда сердце побеждает.

— Дань, вот моя кровать, ставь на нее.

Данил опускает на мою постель в студенческом общежитии коробку с вещами. С подозрением оглядывает комнату. Она небольшая, где-то метров пятнадцать или шестнадцать. Я делю ее с одной девочкой из Саратова. У нашего факультета общежитие состоит из блоков-квартир. Мне досталась двухкомнатная, во второй комнате тоже две девочки. У нас общая кухня и ванная.

— А с кем ты живешь? — недовольно интересуется.

— С девочками, Дань, я же сто раз тебе уже говорила, — отвечаю резковато. — Пойдем? Я потом разберу вещи.

И пока Громов не начал придираться к моей комнате, я хватаю его за руку и веду на выход.

Сейчас сентябрь.