Травница

Может, свежий воздух среди деревьев и вечерний аромат трав и цветов разгрузит голову и даст спокойно поспать… Тем более Вадим наверняка рядом, если не обходит дом. А если и обходит — подожду на крыльце… Но сначала на кухню. Иногда помогает заснуть, если водички попить. Быстро натянула джинсы, всунулась в первую попавшуюся футболку, привычно распущенные на ночь волосы сверху быстро пригладила — а, в темноте все кошки серы! — и вышла в холл.

Только дверь закрыла, только повернулась лицом к просторному помещению, как от моих ног порскнул, будто ужаснувшийся заяц, белый волк — и кинулся к лестнице наверх.

А следом за ним!.. Багряной метелью, будто кровью, брызнули яркие даже в приглушённом свете холла лепестки мака. Тревога в одно мгновение превратилась в бешеное, не рассуждающее стремление взлететь на второй этаж. Тем более что маковая волна взметнулась фонтаном вокруг меня — и снова бросилась к лестнице.

Наплевав, что там должен хоть кто-то дежурить, я рванула вслед зовущей, полыхающей тёмно-алой тревогой волне. Как очутилась на втором этаже — не помню. И как пробежала общую комнату апартаментов — с грохотом, наверное?! — а, тоже плевать!

В спальню буквально влетела.

Чёрт… Картинка маслом: смятая постель; на полу, на стянутой с постели простыне, сидит, кривясь от боли, Сергей — ноги вразброс; сбоку — инвалидное кресло. И как-то сразу стало понятно, что он хотел пересесть в кресло — и, наверное, забыл, что колёса на тормоз не поставлены. Съехал с кровати. Ладно, та ещё не слишком высокая, но ударился ногами, кажется, сильно…

— С ума сошёл?! Позвать кого-нибудь не судьба?!

Я бросилась перед ним на колени, вконец растерянная: мне его точно не поднять! Только руки протянула, ещё не зная, что делать, как он сам вдруг схватил меня за плечи и усадил рядом, обняв.

Руки сильные, от напряга стиснул так, как будто чем сильнее, тем ему легче. Заглянула в глаза, а они больные совсем… И сама прижалась… А потом опомнилась, наклонилась было вперёд — не пустил.

— Обезболивающее… Сейчас…

Не отпуская меня, откинулся к кровати. Дыхание частое, губы пересохли. Я снова прижалась к его плечу, упрямая. Голова-то всё равно склонённая. Мне этого хватит. Руку, снова оплетённую травами и цветами, подняла немного (получилось, правда, только плечо приподнять) — и представила, как ладонью поглаживаю его ноги.

Пусть под плёнкой, пусть под тонкими спортивными штанами, но спрятанная под ними кожа и ушибленные падением мышцы почти сразу откликнулись на моё бесконтактное прикосновение. Ладонь засвербило, пошли мурашки по коже… Получилось, получилось! — аж сама не поверила сначала, что у меня такое выйдет. Минуты не прошло, как Сергей начал ощутимо опускать плечи и глубже дышать.