Травница

В паническом дёрганье и лягании руками-ногами не сразу поняла, что меня втаскивают в машину, на заднее сиденье. Сумки у меня выдрали. Заглянув в пакет, тип, который сел рядом со мной, сморщился и выкинул его. Орифлеймовскую — бросил под ноги. Водитель завёл машину и повёл её из леса. Оба в чёрных очках… Ой, мама… Слёзы хлынули независимо от моего желания.

Сидевший рядом крепко прижал меня к себе — настоящим железным захватом. Наклонился к моему лицу и негромко сказал, перемежая каждое слово матерщиной:

— Будешь дёргаться — ноги повыдергаю, поняла? Сделаешь всё, как надо, — отпустим быстро.

Кивни, если поняла.

Уже вздрагивая от судорожной икоты, я закивала. Он отодвинулся, но из захвата не выпустил. Так, в обнимку, и поехали.

В обнимку… Я чуть не затряслась в нервном смехе. И сама же себя одёрнула: хватит психовать. Лучше — на всякий случай — смотри, куда тебя везут. Вовремя одёрнула. Скосившись в окно, я поняла: едем не в город, машина объехала громадную клумбу перекрёстка и устремилась вдоль Берендеева Бора. Так, что там у нас дальше? Бор ещё будет мелькать минут пятнадцать, потом начнётся дачный посёлок для богатеньких, а потом — пригородная деревня, которая постепенно превращается в маленький городок.

Интересно, далеко ли они меня везут…

А потом я начала думать, зачем я им… И глаза снова наполнились слезами в предчувствии кошмаров, которые подбросило мне воображение.

Берендеев Бор закончился — и машина слегка спустилась по боковой дорожке к дачному посёлку, после чего свернула на хорошую асфальтовую дорогу и прибавила скорости. Я, время от времени шмыгая носом, считала коттеджи и повороты, а потом бросила это дело.

Если удастся сбежать, надо будет двигаться на восток, к Берендееву Бору. В Бору легко спрятаться, а уж мне, знающей все тропки, домой прибежать из его любой точки несложно.

К тому времени, когда слёзы высохли, мы въехали в раскрытые ворота явно частного владения (слово-то какое! Но по-другому я назвать это место не могла) и ещё несколько (несколько!) минут ехали по дороге к медленно приближающемуся двухэтажному домине. Между клумбой и ступенями не слишком широкой лестницы машина остановилась.

Тип, сидевший возле меня, открыл дверцу со своей стороны и бесцеремонно выволок меня из машины.

Платок свалился с меня ещё с начала моего слабого сопротивления, растрепав волосы, а уж про размазанную косметику и говорить нечего. Зрелище я из себя представляла наверняка жалкое. Подумав об этом, я насупилась и пообещала себе, что просто так всё равно не дамся. Пусть не думают…

Тип заломил мне руку за спину и подтолкнул.

От скорого предстоящего ужаса мои глаза снова налились слезами, и я прикусила губу.