Травница

С трудом сохранила привычную спокойную улыбку и кивнула.

Андрей, недолго думая, протянул Вадиму одно из полотенец, которые были, видимо, на всякий случай приготовлены.

— Соберёте — и завяжете по краям.

— Спасибо, — сказала я и пошла вперёди Вадима к дубу.

Обойдя раскидистое, толстоствольное на просторе дерево, я нашла какие-то пеньки искусственного происхождения, полугнилые и растрескавшиеся. Так. Я права: когда-то здесь был крестьянский огород, а это — остатки от ограды. Вот откуда здесь хмель.

— Оля, покажите мне хмель, — попросил Вадим, приглядываясь к травам.

Я приподняла плеть с резными листьями.

— Запомнить легко. Вот лоза, а на ней шишки.

— И правда, мягкие, — удивился Вадим.

Приглядевшись к нему исподтишка, я поняла, что он наверняка тоже ровесник Сергея и Андрея. Темноволосый, с небольшими тёмными же синими глазами, постоянно улыбчивый, он казался каким-то пластичным при всей своей довольно коренастой фигуре. Наверное, борьбой какой-нибудь занимается. Любопытства сдержать не смогла.

— Вадим, а вы настоящий телохранитель?

Он сидел на корточках, собирая шишки с плетей хмеля, пластавшихся по земле.

Я стояла, очищая верхние плети. Когда он поднял голову ответить, он всё так же улыбался. Зато я хмыкнула про себя. Мало ли что лицензия есть. Может, эта лицензия давнишняя, а сам он чем-то другим занимается? И вообще. Про собаку, Регги, он сказал, что она дома осталась. И как это понимать? Дома. Он что — тоже живёт в этом посёлке? Ничего не понимаю. Тоже мне — ответил. Думай теперь…

Хмелевые шишки вскоре высились на разложенном полотенце рассыпчатой кучей, я принялась их уминать, чтобы уместить ещё пару горстей, хотя чувствовала, что уже жадничаю.

Но машинально уминая, вдруг начала думать о другом. Почему же мне всё-таки хочется потрогать волосы Сергея? Вопрос крутился в мозгах, не желая отставать. И — облегчённо выдохнула, сообразив. Аня часто говорила, что у меня очень развит материнский инстинкт. Говорила это, когда ругалась, что прихожу из школы позже всех, да ещё если сторож вовремя выгонит из кабинета — вместе с детьми моего класса. Ну а что делать, если мне нравилось с ними возиться?

Вот и с Сергеем так. Он же, по женским представлениям, — несчастненький.

Поэтому хочется всё время за ним ухаживать — и гладить по голове. Хочется подбадривать и даже клятвенно уверять, что всё будет просто отлично.

— Ну что? Этого хватит? — спросил Вадим.

— Конечно! — отозвалась я.

— И он правда будет от этого спать?

— Некоторое время — да.

— Скоро начнётся выщелочивание… Э-э… Вадим, вы спокойно переносите описание чисто… э-э… как сказать… Ну, про раны? А некоторые мужчины не очень.

— Нормально переношу, — улыбнулся он.

— Ну вот.