Травница

Выждала, пока сделает так, как считал нужным, и отпустил мою руку, и только после этого шагнула вперёд и присела на подножку. Сначала напряглась: подножка узенькая, и я старалась не занимать слишком много места — не дай Бог, задену его ноги. Потом сообразила: одним коленом для опоры съехала на землю — ему-то не видно.

Полностью успокоился, после того как я похвалилась, что внизу ягоды вкусней, чем наверху, и показала целую ладошку собранной малины. И предложила взять, сколько надо. Пришлось встать. А он… А он!.. Он подтянул мою ладонь к себе — я думала: начнёт выбирать из неё пальцами! Ничего подобного! Ладонь с ягодами оказалась у его губ, и он ел малину, время от времен нагибая её краем ко рту и мягко касаясь тёплыми губами моей прохладной кожи.

И я стояла почти обняв его!

Когда мы вышли из малины, Сергей почти светился холодным покоем. А я шла сбоку и всё пыталась удержаться, чтобы не показать ему язык: зато я опять потрогала твои волосы! Точнее — ты вынудил меня это сделать, пока ел ягоды с моей ладошки!

Кроме Андрея, уже сбегавшего домой и принёсшего старые скатёрки на скамьи, и Вадима, нас встретили у стола и студенты.

Мишка и Коля сначала жутко боялись — с изумлением я поняла: не столько меня, сколько Сергея! — а потом освоились, и целый час прошёл, как пишут в газетах, в доброжелательной обстановке. Выпросив у меня прощение, ребята пообещали заглянуть ещё и вечерком, проводили нас до крыльца.

Дальше день прошёл по накатанной. Слава Богу, Шурика днём я больше не видела. Зато придумала связать себе болеро-недельку — семь штук очень ярких, чтобы менять каждый день и не быть однообразно одетой при всех своих футболках. Дёшево и сердито! Похихикала, представив реакцию сестры на последнее заявление, а потом задрала нос: зато буду одета оригинально! В общем, я плюнула на все недовязы — и со спокойной совестью начала новую вещь.

Тем более новолуние — и можно начинать.

Луна появилась рано, ещё солнце не село, и при двух светилах я быстро разложила собранные во время прогулки травы для защиты — так, как мне показали: на нужном месте появлялся призрачный промельк нужной травы или цвета — я пристраивала там собранное.

Позднее, после перевязки и ужина, и в самом деле пришли студенты.

В комнату я их не пригласила, устроились на диванах, сдвинутых вместе, и под присмотром Вадима, а затем присоединившегося Андрея мы начали довольно дружественный вечер. Причём, приглядываясь и прислушиваясь, я утвердилась в мысли, что на ребят точно повлиял тот самый Альберт… А потом появился и Шурик. Его привёл Сергей.

— Принесите гитару, — велел он. — Пусть этот отрабатывает хотя бы так своё здесь проживание.

— В придворные шуты записываешь? — лениво протянул Шурик.

— Нет. Пока в менестрели.