Влюбись в меня

Я не говорю, что это не так. Порой слова ранят сильнее ножа. Но не ты подняла тот камень. Не ты его швырнула. Это решение принял Генри. Похоже, он больше всего на свете жалеет о нем. Вряд ли он понимал, что может так сильно покалечить Чарли, но этого уже не изменить. И ты не можешь забрать свои слова назад, но, Рокси… – он приподнялся на коленях и медленно, нежно взял мое лицо в ладони, – ты не виновата в случившемся с Чарли. Это не ты его покалечила. Это был Генри. Я понимаю, моих слов недостаточно, чтобы ты это поняла, но я каждый день буду напоминать тебе, что ты, черт возьми, заслуживаешь всего, что только может предложить тебе эта жизнь.

Я всхлипнула. Глаза защипало. Все затуманилось, по моим щекам потекли слезы.

– Помнишь, что я сказал тебе в спальне? Я тоже боюсь. Порой я тоже задаюсь вопросом, чего заслуживаю, но теперь мы вместе. Падай вместе со мной, – сказал он, поглаживая большими пальцами мои скулы. – Позволь себе упасть, малышка. Я тебя поймаю. Я помогу тебе справиться с этим. Ты просто должна рискнуть.

Я даже не заметила, как соскользнула с бортика ванной и оказалась в объятиях Риса, но он сдержал слово и поймал меня, когда я упала, рассыпаясь на части.

Рис осторожно поглаживал меня по волосам и массировал болевые точки.

– Ибупрофен скоро подействует.

Казалось, он не действовал целую вечность. В висках пульсировала боль. Болели даже глаза. Вполне возможно, от рыданий у меня повредился мозг. Как только слезы потекли по щекам, внутри меня словно прорвало плотину. Понятия не имею, сколько мы сидели в ванной. Рис обнимал меня, а я поливала слезами его парадную рубашку. Я почти не заметила, как в какой-то момент он поднял меня с пола и перенес на кровать. Он не отпускал меня несколько часов, пока не отлучился за водой и таблеткой ибупрофена. Вернувшись, он снял рубашку и брюки и натянул легкие спортивные штаны, прежде чем снова лечь со мной рядом. Я по-прежнему оставалась в майке и трусиках, но в тот момент в этом не было ровным счетом ничего сексуального.

Я лежала у него на груди как безжизненная кукла. Он гладил меня по голове. Несколько часов назад стемнело. Мы с самого утра ничего не ели, но не могли найти силы встать с кровати и приготовить себе хоть что-нибудь.

– Прости, что я так разрыдалась, – сказала я.

– Не глупи. Позволь мне быть твоей личной жилеткой. Я способен и на другие, более интересные, вещи, но можно считать меня многозадачным.

Я улыбнулась, смотря в пространство.

– Мне нравятся эти более интересные вещи.

Погладив его по животу, я сделала глубокий вдох. Как ни странно, он не отдался болью. Мне нужно было время, чтобы принять свою роль в судьбе Чарли. Возможно, мне было не под силу полностью избавиться от чувства вины, но я хотела попытаться. Я правда решила попытаться, впервые за все время.