Влюбись в меня

Из-под тяжелых век я смотрела, как он надевает презерватив и зависает надо мной. В следующую секунду он провел ладонью по моей щеке и вошел в меня одним быстрым, сокрушительным движением. Накрыв мои губы своими, он подавил мой стон. Я почувствовала у него на губах свой вкус, отчего возбудилась еще сильнее. Обхватив его ногами за талию, я смаковала глубокие, мощные фрикции.

Рис поднял голову. Его губы блестели, щеки пылали. Не успел он сказать и слова, как я повторила свою мантру: «Я люблю тебя». Я говорила это снова и снова, пока мы не потеряли остатки самоконтроля. Я закинула руки за голову и вцепилась в изголовье кровати, чтобы удержаться на месте, когда он снова ворвался в меня, посылая импульсы во все уголки моего тела. Я снова рассыпалась на части, на миллион счастливых осколков, но на этот раз он кончил вместе со мной, запрокинув голову и простонав мое имя, что показалось мне невероятно сексуальным.

Кончив, он повалился на меня, тяжело дыша.

– Я не могу пошевелиться, – пробормотал он, уткнувшись носом мне в шею.

– Мне не понравится плоская Рокси, – усмехнулся он.

– Я и так довольно плоская, – заметила я.

– Да ты само совершенство, – ответил он и скатился с меня, ложась на спину. – Черт, малышка…

Открыв глаза, я повернула к нему голову. Одной рукой он закрывал глаза, а другой касался моего бедра, словно ему претила мысль о том, чтобы разорвать телесный контакт окончательно. Впрочем, вполне возможно, во мне говорили романтические фантазии, рожденные оргазмом.

– А знаешь, – сказала я, накрывая его руку своей, и обрадовалась, когда он тотчас перевернул свою руку ладонью вверх и переплел наши пальцы, – я бы тебя нарисовала.

– И даже сказала бы мне об этом? – поддел меня он.

– И даже велела бы тебе позировать голым, – ответила я.

Он убрал руку с лица и повернулся ко мне. На его губах заиграла легкая улыбка.

– Черт возьми, я обеими руками «за».

Примерно через час после того, как Рис ушел на работу, я поехала к себе. Было странно парковаться возле дома и входить внутрь. Не потому, что мне пришлось нажать на кнопку на новом брелоке, чтобы отключить систему безопасности, а затем включить ее снова, когда я переступила порог, и не потому, что я боялась входить в свою квартиру после того взлома.

Я и не думала о сталкере.

Нет. Дело было в коробках, которые стояли возле дивана, в стопке рисунков, лежавших внутри, в напоминании о том, что Чарли действительно больше нет.

Положив ключи на тумбочку, я подошла к коробкам. Мне ужасно захотелось развернуться, уехать обратно к Рису и спрятаться под одеялом, но нужно было с этим разобраться.

Я не могла отступить, ведь иначе мне было не справиться.

Расправив свою футболку с надписью «Я особенная снежинка», я вытащила первый рисунок.