Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы

Тело по-прежнему не подчинялось мне, а душа плавала в густом тумане Пограничного мира.

Я ненавидел магический сон, хоть и понимал, что для быстрой регенерации он незаменим. Лучше отмучиться сутки, чем пару недель провести в лазарете. Но до чего же мерзкие ощущения! В моём случае они и вовсе многократно усиливались из-за специфического ледового проклятия, замораживающего моё сердце и эмоции.

Жестокая ирония… Лёд и стужа - суть моей Силы, медленно убивали меня, превращая в бесчувственного монстра. Я воскресал лишь во время боя. Огонь сражений будоражил кровь, согревая тело и заставляя сердце биться чаще.

Вся моя жизнь была написана острием клинка. Война с нечистью и соседними империями, охота на предателей и мятежников. Я помнил лишь бесконечную череду сражений и… женщину. Одну из многих в моей жизни, но единственную, ставшую моим наваждением, болезнью и истинной любовью.

Хольда. Моя Снежная королева…

Я до сих пор чувствовал на губах вкус её магии и готов поклясться, что она приходила ко мне недавно. Наяву, как тогда… А значит, я снова едва не умер.

Паршивая привычка - подыхать, чтобы хоть на миг увидеть любимую и сорвать её ледовый поцелуй.

– Тиль! – голос Кристофа резанул слух, перекрыв мелодичные напевы целительницы.

Не его я мечтал услышать, но, кажется, пора воскресать.

– Тиль! Да очнись же! – с нажимом повторил друг, и я уцепился за его Зов, пытаясь поскорее вернуться в собственное тело.

Вынырнуть из магического сна без проводника невозможно, если ты, конечно, не медиум или не шаман. Отвратительно... чувствуешь себя беспомощной рухлядью.

Впрочем, сейчас я хотя бы что-то чувствовал.

Причём, удивительно ярко. Но не пройдёт и недели, как ледяные силки вокруг моего сердца вновь начнут затягиваться, заживо замораживая меня.

Новый Зов, вспышка чужих эмоций и заклинание. Ослепительно яркое, наполненное жизнью и солнечным теплом. Я летел на него и голос друга, как на спасительный огонь.

Рывок! Моя душа пробкой вылетела из Пограничного мира, впечатавшись в тело.

– Кх-кхех! – распахнул глаза и закашлялся, судорожно хватая ртом воздух.

Голова кружилась, горло горело, словно в него насыпали раскалённого песка.

Но! На удивление, ничего не болело. Странно… Обычно после пробуждения чувствовал себя намного паршивее. А ведь я чётко помнил, что в этот раз потрепало меня знатно!

Мой дракон едва не лишился крыла, поэтому кости человеческой ипостаси шаманы должны были собирать по крупицам.

– Ну, наконец-то! – в голосе Кристофа проскользнуло нескрываемое облегчение. – Мы уже начали переживать, что ты решил задержаться в Пограничном мире.

– Не надейся, – просипел, едва ворочая языком.