Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы

И кто там умничал, сказав, что крыша не подходит для танцев?!

Шаг, поворот… Хриплый смех и жар чужих касаний… Музыка пьянила, сводя с ума своими переливами, а кончики пальцев покалывало от желания скользнуть ладошкой выше, очертив напряжённые мышцы на шее дракона, зарыться пальцами в густые смоляные пряди…

– Эстер! – в голос Кристофа проскользнули рычащие нотки, ещё больше распаляя разыгравшееся воображение.

Может, мысли он и не читал, но эмоции чувствовал отменно!

– Я танцую, танцую, – невинно похлопала ресницами и продолжила фантазировать.

Не только Кристоф умеет провоцировать.

– Так значит, да? – взгляд дракона потемнел и музыка сменила тональность, став ещё жарче и глубже.

Теперь она напоминала страстное танго, распаляя и придавая чувственному вальсу капельку безумия и огня, от которого плавились мысли и по телу волнами растекалась сладкая истома.

Музыка, словно признание. Клятва, высеченная цокотом каблуков и пронизанная шепотом зимней ночи…

Не знаю, сколько мы танцевали, забыв обо всём и наслаждаясь близостью друг друга, но даже когда стихли последние отголоски волшебной мелодии, мы продолжали кружить по крыше.

Неистовство… Магия… А может, просто вальс? Один на двоих, длиною в целую жизнь.

На следующий день, Эстер

Остаток ночи прошёл в мечтах и сказочных сновидениях. Впервые за долгое время я забыла обо всех запретах и позволила чувствам утянуть меня в свой водоворот.

До встречи с Кристофом не знала, и даже не подозревала, что они могут быть такими яркими, сильными и всепоглощающими. Но вальс расставил всё по местам, обнажив наши души до предела и позволив мне с головой окунуться в эмоции дракона.

Его любовь была абсолютной, не подразумевающей полумер и сомнений. Я знала, что он никогда не предаст меня, не причинит боли. Чувствовала его нежность и страсть, тонула в ней, не силах совладать с глубиной этих чувств.

Всё-таки хорошо, что у людей связь пары проявляется не сразу и не так ярко! Меня бы просто смело этим шквалом. Я не привыкла настолько терять контроль, но ведь я никогда и не любила по-настоящему!

– Соберись, Эстер! – прошептала, похлопав себя по щекам и осмотрев своё отражение.

Впервые за долгое время взгляд притягивали не круги под глазами и бледность из-за постоянного недосыпа, а светящиеся от счастья глаза и нежная, мечтательная улыбка, распустившаяся на припухших от поцелуев губах.

Влюблённость меняет многое, но пора уже думать не о драконе и нашем вальсе, а работе!

Утром меня навестила Талья. Неугомонный дух пришёл в восторг от моего согласия предоставить ей все организационные моменты, но хотел уточнить несколько вопросов и снять с меня мерки.