Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы

На знания и опыт старшего Вэринги возлагала большие надежды. Как и на уникальную память напарника. Несмотря на отсутствие целительского Дара, Олаф в совершенстве знал теорию лекарской магии, увлекался книгами о древних проклятиях и редких магических болезнях. Одно время он читал их на ночь как страшные сказки и вполне мог вспомнить информацию, полезную в нашем случае.

Пока я склонялась к цепному проклятию. Во время обследования малышей целители не обнаружили следов физического или магического воздействия. Но, возможно, речь шла о каком-то новом плетении, нацеленном именно на драконов?

– Первый оборот у теневых драконов происходит в десять лет, – прошептала, сверяясь со справочником по драконологии, – до этого вторая ипостась сопровождает ребёнка в виде Тени.

Единственной зацепкой был возраст пациентов. Все они ещё не успели обернуться и шаманка из видения предполагала, что болезнь не просто ослабляет связь малышей со второй ипостасью, но и напрямую поражает Тень.

Это поясняло, почему болеют только теневые драконы, но… как зараза переходит от одного ребёнка к другому? Большинство из них никогда не встречались, а в то, что в Тёмной империи орудует маньяк мне верилось с трудом.

Допустим, до простолюдинов тварь ещё могла добраться, но среди пострадавших была Мия Тавалькади – наследница одного из старейших и самых могущественных родов Теневого края. И драконы, в отличие от герцога дэс Тьянни и ему подобных, оберегали своих детей похлеще любых сокровищ.

Это ставило версию с проклятием под сомнение, но отказываться от неё тоже не спешила.

– Можешь снова показать мне лазарет? – прошептала, обратившись к печати, но Сердце промолчало. Пришлось по памяти восстанавливать картинку и первыми в мыслях вспыхнули слова шаманки.

«Нам срочно нужна Тёмная леди и целитель с…»

Договорить она не успела, но я подозревала, что речь о двойной Искре, но при чём здесь Тёмная леди? Неужели, снежные лилии могли как-то влиять на состояние маленьких драконов?

Печать неожиданно потеплела, подтверждая догадки.

– Поэтому Кристоф рискнул всем и обратился к тебе за помощью? – уточнила.

Этот вопрос камень проигнорировал, а через миг и вовсе стал ледяным, словно о чём-то предупреждая.

Тревога вспыхнула с новой силой. Отставив чашку, я по уши закуталась в плед, словно он мог защитить меня от беды и покосилась на лежащий рядом коммуникатор. Он молчал, и лишь на чёрном как безлунная ночь экране отражались тусклые отблески свечей.

Ещё один дурной знак…

Магия немёртвых делала порталы нестабильными, поэтому во время осады стражи не могли перекинуть раненых в лазарет или вызвать в штаб целителей.