Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы

Едва расправилась с батончиком и сделала несколько глотков горячего шоколада, меня начало отпускать. Всё же, голод и переутомление внесли свою лепту, усилив и без того буйную панику. Теперь же могла трезво оценивать ситуацию. Немного подкрепившись вернулась к Тилю.

Состояние генерала стремительно улучшалось. Магические каналы работали стабильно, магия по ним проходила свободно, не застаиваясь и не вытекая из-под свежих швов и латок. Но пока не рисковала выводить Тиля из целебного сна. Его дракон едва восстановил крыло, а повреждения человеческой ипостаси хоть и не угрожали жизни, всё же требовали наблюдения.

Подойдя ближе, осторожно сняла с лица генерала компресс и осмотрела жуткие раны, пересекающие правую половину лица. Мне пришлось знатно повозиться, чтобы очистить их от крохотных ядовитых шипов, которые оставляют щупальца Роя.

– Ничего, через пару дней снова будешь красавцем, – прошептала, меняя компресс и невольно прислушиваясь к свисту ветра за окном.

Хольда больше не появлялась, но я всё равно чувствовала её незримое присутствие, словно вместе с драконом осталась часть её души.

Странная пара… их история чем-то напоминала сказку о Снежной королеве.

Лежащий на столе коммуникатор тихонько пискнул. Закончив с ранами, вымыла руки после регенерирующего раствора и открыла сообщение. Оно оказалось от Саймона и увидев снимки, присланные орком, не сдержала счастливой улыбки.

Грифоний ангар выстоял во время налёта нечисти, а после хранитель и наши с Олафом пташки даже успели поучаствовать в спасении пострадавших горожан.

Могучий орк разгребал завалы вместе со стражей, а грифоны с их уникально чутким нюхом и слухом помогали искать раненых.

Не успела я ответить Саймону, как из коридора послышался звук шагов и в палату вихрем влетел Олаф.

– Эстер, слушай внимательно, не перебивай, времени мало, новостей много! – затараторил напарник, плотно закрыв двери и убедившись, что Тиль до сих пор без сознания.

Тревожные предчувствия на миг встрепенулись, но первые же слова Олафа развеяли их пеплом.

– Мы уезжаем в Тёмную империю!

– Повтори, пожалуйста! – попросила, зажмурившись от счастья и едва сдерживаясь, чтобы не пуститься в пляс.

– Мы. Уезжаем. В Тёмную империю, – с расстановкой повторил напарник, и тут же сокрушённо добавил. – Ты знала!

– Ничего я не знала! – спешно заверила его. – Ну… скажем так, кое-что мне было известно, но …

– Ты не была уверена, что король одобрит поездку и тёмный запретил тебе говорить? – Олаф окинул меня выжидающим взглядом, но ответом ему стало лишь виноватое сопение.