Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Стонет земля без доброй руки, яблоко и то сгниет, не сними его вовремя, не подбери…

Забрудский доконал Демуса «столбиками». Это был верный ход, и он приберег его к завершению, когда Демус ознакомился с проектом резолюции собрания, с расчетами и выкладками. Демус отдал должное Забрудскому, изучая через очки написанное, проникая в смысл каждой фразы, пробуя чуть ли не на зуб то или иное верткое и не совсем понятное слово. Документ был сделан добротно, с замахом на два сезона, намечены и меры помощи через МТС, хотя, как ходили слухи, сама МТС пока еще была только на бумаге…

Читал Демус, а в сознании вставали живые картины: вот загудит сход, сколько глаз — озлобленных, испуганных, тревожных… А потом надо будет отвязывать чумбуры и вести коней, сдать их в чужие руки.

Кто будет доглядать за ними, кому нужны они? Сгонят коров на общий баз, и уж не лизнет шершавым языком тебя по щеке, не подышит молочно-травяной утробой, не обрадуется, увидя хозяина…

Плуг пройдет по межам, завалит птичьи гнездышки, навеки выдерет корни ландышей, чемерника, красавки…

Пусто стало в груди, одряхлели мускулы.

— Потрибна моя подпись? — вяло спросил он.

— Нет, — ответил председатель. — Це проект постановы загальных зборив. Есть какие поправки?

Демус молча спрятал очки в футляр, промолчал.

— Проект зачитает Тымчук, — уведомил Забрудский.

— Тымчук? — Демус хмыкнул. — Храбрый.

— Не побоится, — подтвердил Забрудский.

— Пальцы рубали ему… — напомнил Демус.

— Теперь не допустим. — Забрудский принял бумагу, сказал: — Надо добавить пункт о передаче колхозу «столбиков». Як вы?

Демус повернулся к Забрудскому, стоявшему около окна, прищурился от ударившего в глаза солнца.

— «Столбики» — добре. Селяне думали, що откуковали «столбики» к державе…

— Колгосп тоже частына державы, — разъяснил Забрудский. — Товарищ Сиволоб, внесите «столбики» в резолюцию — и пора начинать. Как народ?

Председатель достал из стола звоночек, попробовал его возле уха, кивнул на окно.

— Добре, — вслушиваясь, сказал Забрудский и подтянул ремень. Тымчука и Кохана предупредили?

— Знают, — ответил Сиволоб. — Их подпаливать не треба, сами горят, як солома.

— Товарищ Демус, благодарим за единомыслие, — сказал Забрудский.

Выступать будете по бумажке или так?..

Демус понял, что ему можно уходить, встал, поклонился и неторопливо пошел к двери.

После его ухода Мезенцев спросил:

— Мне что-то неясно: договорились с ним или нет?

— Конечно, договорились, — Забрудский улыбнулся. — А будь по-другому, разве он так бы себя вел? Он мудрый человек…

Возле сельсовета собрались почти все жители. Подходили и одиночки и семьями. Разноголосый шум действительно напоминал растревоженный улей пчел. Погода переменилась к лучшему.