Атаман. Гексалогия

Я почувствовал прилив сил, и время для меня ускорилось. Легко, словно нитки, я разорвал сетку и стягивающие руки и ноги верёвки, вскочил на телегу, прыгнул на лошадь ближайшего ко мне воина, вырвал из ножен поясной нож – острый, длинный, и перерезал ему глотку. Снова бросок на телегу – там лежит привычная мне сабля – выхватил её из ножен и вихрем прошёлся среди конных. Только вжикала сабля, делая своё смертоносное дело. Все сидели в сёдлах, как замороженные, ближайшая лошадь подняла ногу и всё не могла опустить копыто на землю.

Я ещё раз пробежался по конвою. Все уже убиты, только никто этого ещё не понял – все сидят в сёдлах, губы растянуты в улыбке.

Авдея и его холопа я не стал убивать. Холоп здесь ни при чём, а с Авдеем мне хотелось поговорить, посмотреть ему в глаза.

Я остановился рядом с лошадью Авдея, саблей перерезал подпругу на брюхе. Всё, дело сделано. Из меня как будто воздух выпустили. Время вернулось в своё прежнее русло. И я увидел, как глаза Авдея округлились от удивления. Он выхватил из ножен нож, попытался привстать на стременах, но подпруга не держала, седло поехало вбок, и Авдей упал с лошади.

Вскочив, он обернулся и посмотрел на воинов. Кто-то из них ещё сидел в седле, навалившись на шею скакуну, кто-то упал на землю, но все они были мертвы – это было видно с первого взгляда. Ну не может быть живым человек с перерезанным горлом.

Авдей это понял, как понял и то, что помощи ждать неоткуда. Глаза его потухли, весь он съёжился, стал меньше ростом.

– Сам-то как думаешь? Я тебя из плена освободил, дом твой охранял, мы за одним столом сидели и хлеб один ели. Что ж ты меня московитам предал? Как Иуда, за тридцать серебреников?

– Прости, Юра, бес попутал.

Пощади, у меня семья, дети.

– А обо мне ты подумал? Думаешь, Адашев меня чай с пряниками пить пригласил? На смерть лютую, неминучую.

Я подошёл поближе, посмотрел ему в глаза. Ничего, никакого раскаяния – только страх. Я занёс саблю для удара и увидел, что глаза Авдея метнулись за мою спину, увидел в них искорку надежды. Я мгновенно присел и с разворота выкинул саблю вперёд. Холоп! Я заматерился. Холоп решил спасти хозяина, слез с телеги, вытащил у убитого воина меч из ножен и, пока я говорил с Авдеем, подобрался сзади и занёс меч для удара.

Но я саблей его опередил – лезвие уже было у него в животе, но и меч летел вперёд. Коли я не наклонился бы, лежать мне с располовиненной головой. Однако меч во что-то тупо ударился, на меня брызнуло тёплой кровью, кольнуло в бок. Падая, я обернулся. Слуга мечом угодил в левое плечо Авдея, разрубив его чуть ли не до пояса. А что же меня кольнуло в бок? Я дотянулся до правого бока и почти у подмышки нащупал рукоять ножа. Авдей! Стоило мне повернуться к нему спиной, как он воткнул мне нож в бок. Повезло.