Атаман. Гексалогия

Лечь бы сейчас на траву да отдохнуть, но услышал рев трубы. Князь собирает.

Мы встали в строй. М-да, поредели наши ряды.

– Боевые побратимы! Понимаю, что устали, от ран не оправились, но прошу – погрузить на подводы наших павших и раненых, кто не может в седле удержаться. Надо возвращаться в Рязань. Один ворог разбит, но второй может подойти. Тогда нам в город не прорваться. За дело!

Все занялись делом, и через пару часов скорбный обоз с павшими и ранеными двинулся к Рязани. Впереди, далеко оторвавшись, скакал большой отряд во главе с князем. Малый отряд конных ратников шел в арьергарде.

До Рязани добрались беспрепятственно. Здесь узнали, что воинство литовское в двух дневных переходах. Времени, чтобы подлечиться и восстановить силы после сражения с татарами, было мало. Ратники отлеживались в воинской избе. Кто был цел – затаскивали на городские стены и башни пушки.

Из окрестных сел стекались в город селяне, гнали с собой скот, везли в телегах нажитое добро.

Обстановка была тревожной, чувствовалось, что напряжение с каждым днем нарастает. На четвертый день дозорные сообщили, что вдали видны дымы, не иначе – литвины села жгут.

Дымы становились ближе, и через день вдали показалось неприятельское войско.

Когда вороги подошли ближе и в виду города разбили лагерь, стала понятна причина их медленного движения – войско наполовину было пешим. На конях были только шляхтичи и их слуги, большую же часть войска составляли пешие наемники, отличавшиеся одеждой и оружием. Плохо было то, что каждый второй литвин имел пищаль, коей пользовался искусно.

Войско расположилось на поле, стали разбивать шатры; многочисленные отряды стали обходить город со всех сторон, стараясь замкнуть кольцо осады.

Со стен крепости за неприятельскими действиями наблюдали дружинники и горожане. Я, кряхтя и охая от боли в ребрах, нашел воеводу.

– Опять ты, лежал бы пока, сил набирался, не ровен час – и раненых на стены призвать придется.

– Прости, воевода, что мешаю трудам твоим. Задумка есть.

– Есть ли умелые пушкари при наряде?

– Есть, как не быть.

– Вели днем пушки подготовить, зарядить и навести на шатры, а ночью, когда ворог спать уляжется, все дружно и ударят.

Думаю, урон большой будет.

– Так не стреляют ночью из пушек.

– На то и расчет, враги тоже так думают.

Воевода покрутил ус, подумал.

От воеводы во все городские концы поскакали посыльные, и вскоре пушкари засуетились у своих единорогов, тюфяков и мортир.

Опустилась ночь, я с нетерпением ожидал, когда последует сигнал. Вот на одной из башен взревела труба, одна за другой начали грохотать пушки, дав нестройный залп. В стане литвинов поднялся переполох, заметались факелы, закричали раненые.