Батарейка для арда

Нет, Линетт, милая, так дело не пойдет!

— Рэй! — позвала я, и вздрогнула, когда он оказался внезапно ближе, чем я могла подумать, и горячие ладони опустились на мою талию. — Рэй, а где у тебя пылесос?

Хорошо жить с состоятельным мужчиной, думала я через некоторое время.

Моющий пылесос решил проблему пыли на полу радикально. Правда, котят от нее отделять пришлось вручную, и теперь пять пар глаз таращились на шумных человеков с дивана…

Так, дети, где мать ваша, кошка?

Я торопливо оббежала столик, рассчитывая найти недостачу за коробкой — и, не найдя искомое, разволновалась всерьез.

Куда она могла деться? Может быть, испугалась, забилась в угол и там дрожит?

— Кис-кси-кис! — завал я, без особой надежды, что насмерть перепуганное животное отзовется. — Кис-кис-кис!

— Чего тебе, Ли? — вместо кошки отозвался Рэй, выплывая из спальни.

Серая полосатая мадам вальяжно расположилась у него на руках и всем своим видом давала понять, что пошлым «кис-кис» ее не взять.

Ну, здорово! А мне, значит, мы даже погладиться не каждый раз даемся! У-у-у, подлые оба-два!

Я героически задавила кольнувшую обиду, подозрительно похожую на ревность.

— Ничего! Где у тебя тряпки для пыли?

— Ты лучше спроси, где у меня пыль, — хмыкнул Рэй. — Я понятия не имею. Раз в неделю приходит уборщица, и, кажется, приносит все это с собой. Просто пока я на больничном, ей визиты отменили. Кончай суетится, Ли!

Я закатила глаза — коне-е-ечно, сначала «кончай суетиться, Ли!», а потом слава скверной хозяйки полетит, опережая меня, обежит столицу, обрастет чудовищными подробностями и в итоге все будут знать, что именно я виновна в возникновении эпидемий чумы и дизентерии в четырнадцатом веке!

— Тряпку, Рэй! — сурово ткнула я пальцем в мускулистую грудь, и кошка с оскорбленным мявом вывернулась из его рук, и уверенно вспрыгнула на стол.

Я поперхнулась возмущением, и серая нахалка, не дожидаясь очередного «брыся» перескочила на диван.

Звонок в домофон раздался все равно неожиданно, и Рэй, дав команду системе, удалился в спальню и через минуту выплыл оттуда в обтрепанных джинсах и футболке цвета хаки.

— Ну, привет, герой, — было первым, что сказал седой, поздоровавшись со мной и облапив Рэя по-медвежьи. — Живой? Хорошо за лишнюю смену отдыхается?

Выражение лица Рэя было непередаваемым. Смесь радости, досады, легкого вызова и смущения.

Седой был просто рад и слегка ироничен. Кажется, процедура выволочки еще не была им окончена. Смотреть, как Рэя возят носом, было, безусловно, занимательно, но увы, бестактно, так что я совсем уж было собралась исчезнуть, как меня окликнул командир Рэя:

— Зайка, будь добра, отнеси в холодильник…

Я почувствовала, как мои брови подымаются в изумлении, стремясь слиться с волосами.