Час бультерьера

Остальные промолчали, а Хриплый завел речь о том, что можно было б и не останавливаться вчерась на ночлег, тогда б ужо об этот час плыли б на лодках к дому.

Хриплый разглагольствовал, а я услышал журчание воды, заметил, как поредела тайга, и вскоре сквозь ресницы разглядел то, чего наркокурьеры обзывали «Камнем».

Оказывается, «Камнем» они нарекли утес, нависающий над узкой, но полноводной речкой. Выдающийся живописный скалистый утес, поросший местами сизыми бархатистыми мхами. На подступах к мшистой глыбе, отдаленно похожей на сильно преувеличенный постамент памятника Петру Первому в Санкт-Петербурге, произрастали редко разбросанные рукою художника высоченные, ровные, будто античные колонны, сосны.

Они росли на темно-зеленом ковре мягкого мха, чуть бугристом, с подпалинами. Пейзаж – аж дух захватывает! Красотища неописуемая, и только дело рук человеческих, постройки меж сосен, слегка портят первозданное великолепие дикой природы.

Человеческих построек целых три штуки: терем-теремок на фундаменте из булыжников, теремок поменьше и сарайчик. Надежные, обстоятельные строения, видать, сей перевалочный пункт один из ключевых на маршруте транспортировки груза.

«Интересно, почему здешний отшельник по кличке Леший не пошел с мужиками встречать американского экспедитора? Ведь трепались мужики, иногда и Леший ходит на встречу с китаезами», – подумал я и точно вслух вопрос задал. Словоохотливый Хриплый, обращаясь к мужику, что нес единственный рюкзак с «коксом», заметил, мол, Леший небось ужо столы накрыл и баньку подготовил, ужо готов встретить интуриста по первому разряду, як посла какого, а посол иностранный вона какой едет, рюмку с вилкой теперича одновременно поднять не сможет, с ширинкой еле справляется, когда оживает.

Значит, вон тот теремок поменьше – банька?.. Ух ты! Как здоровски устроился Леший! Взяв упреждение на место и секретность обитания, можно смело сказать – уровень жизни выше таежного среднего. Мотель «Тайга» пять звезд, право слово.

А вот и сам Леший показался. А за ним из пятизвездочного терема выходят Студенты.

Леший удивительно похож на Карла Маркса – бородища и патлы у него в точности, как у автора умной книжки «Капитал».

И лоб похож, и носик, и кожа чистая, как на хрестоматийных парадных портретах Основоположника. Тот, классический Карл написал «Капитал», а этот, наш современник, сколачивает реальный капитал, контролируя наркотрафик. Ухоженная мохнатость на лобастой башке у этого Карла по кличке Леший только подчеркивает его интеллигентность. Глазки у Лешего умненькие, курточка на меху фасонистая, сапожки хромовые, и в зубах сигаретка с фильтром.