Час бультерьера

Я вернул рукоять-загогулину в исходное, безопасное положение, передал хитрую тросточку Корейцу.

– Будь здоров, Бультерьер, – попрощался Кореец, пряча трость между сидений.

– И вам не хворать, – ответил я, толкая плечом дверцу автомобиля.

Как только я вышел, «Волга» умчалась. Микроскопическая вероятность нежелательной встречи Корейца за рулем «волжанки» с моторизованным противником на затерявшейся в лесах асфальтовой дорожке все еще оставалась, и Юлик что есть мочи жал на газ, спешил свести ее, эту микровероятность, к абсолютному нулю.

Мне тоже не помешает поспешить.

Но, прежде чем перейти на ту сторону дороги, где растет двуствольная береза, мне надобно прогуляться по лесу с этой стороны. Мое наипервейшее дело – переодевание и экипировка. С этой стороны дороги в десяти шагах от асфальта мы с Корейцем сегодня утром спрятали подходящую мне по размеру спецодежду и кое-какие спецсредства. А в пятнадцати шагах от схрона с одежками и оружием нами было спрятано две... Впрочем, об этом позже.

Шаг с асфальта, прыжок через низкий кустарник, два шага по сухим иголкам, согнувшись, чтоб не царапали макушку мертвые ветки погибающей сосенки, пара приставных шажочков, бочком, меж младых осин, широкий и длинный шаг, дабы не смять высокую траву, не оставить следов, заключительная тройка шагов по мхам – и вот она, елочка, под которой вещички.

Заползаю под еловую лапу, разгребаю валежник, достаю холщовый мешок цвета хаки, в нем герметично запаянные вчера вечером с помощью утюга целлофановые пакеты. Рву целлофан самого пухлого пакета, вытрясаю из него комбинезон.

Накануне Юлик долго и настырно уговаривал меня хотя бы примерить сей выдающийся спецкостюмчик.

Была и альтернатива комбинезону – милейшая женщина, супруга Юлика, по моим эскизным наброскам скроила и сшила униформу, более привычную для адепта ниндзютцу. Я, чисто из вежливости, внял уговорам Юлика, напялил на себя разрекламированный им комбинированный костюмчик, сработанный по древним лекалам корейских лазутчиков-сульса и основательно модернизированный с учетом современных возможностей, напялил, влез в комбинезон, как в мягкий скафандр, подогнал по размеру с помощью разнообразных шнурков да петелек, и, честное слово, даже от одной мысли, что придется снимать этакий замечательный трикотаж, на глазах, правда, едва-едва не навернулись слезы.

Комбинезон сидел как влитой, как будто я в нем родился. Где надо – топорщился, где необходимо – облегал. Капюшон, снабженный вшитыми защищенными пластинами из пластмассы и амортизирующим возможные удары войлоком, буквально прилип к черепу. Нижнюю часть лица прикрыла мягкая ткань, не мешавшая дышать и в то же время выполнявшая роль респиратора.