Час бультерьера

– Можете! Сможете, глубокоуважаемый! Надо смочь. Смогли нефтяной концерн создать, сможете и до землянки дойти.

– Правильно: должны! Молодец, правильные слова пытаетесь говорить!

– Ах, вы об этом... Повторяю: до землянки.

– Ка... – Юдинов всхлипнул, поднатужился, но, кроме слога «ка», ничего более произнести не сумел.

– Что значит «ка»?.. Какать? Вы хотели сказать... в смысле – попроситься... Ой? Какой же я недотепа! Понял! Ну конечно! Вы хотели спросить: «Какой землянки?!» Да? Типа, что за землянка такая-сякая является конечной целью нашего марафона. Угадал? Ну, ясен перец, угадал! Объясняю – поляна, где мы бросили автомобиль, примыкает к дороге, которая ведет к садовому товариществу. Накануне зимних холодов в товариществе садоводов-огородников пустынно, пустует и землянка, что спряталась в окрестной лесополосе. Ее, эту землянку, соорудили наследники товарищей садоводов, по-своему, по-ребячьи, решая проблему отцов и детей. Отличнейшая, я вам доложу, землянка у детишек получилась! В самодельном, не побоюсь сказать, «подземном доме» отроки и отроковицы, сбежав с огородов, спешат потерять девственность, затянуться первой в жизни сигаретой, отведать спиртного и так далее и тому подобное. Потерпите, поднатужьтесь, ваше благородие, в землянке нам с вами будет хорошо, даю гарантию.

– За... зачем вы... – Юдинов споткнулся, зацепившись носком за торчащий из земли корень.

– Осторожно! – Похититель плотнее прижался к похищенному и сам чуть не потерял равновесие. – Я ведь просил: будьте внимательнее! Слушайтесь меня, я вам, барин, добра желаю.

– Зачем... вы... меня... мучаете?.. – выдавил из себя Юдинов, упираясь, отказываясь шагать, делая попытку отстраниться от похитителя.

– Я, вас?! – возмутился подкупающе искренне конвоир господина президента. – Помилуйте, ваше благородие! Это вы меня замучили! Идете, как пьяный, прям стыдно за вас!.. Ну-с, барин, че ж вы встали-то?! Пошли! Финишная прямая! Вона, за теми елками наша вожделенная землянка... Ну?.. Ать... Я сказал: ать, я говорю: два! Ать, два! Ну же...

– Я отказываюсь вам подчиняться! – неожиданно четко и твердо заявил господин Юдинов, расслабил колени, обмяк, намереваясь упасть.

– Не удержу! Стойте! Хуже будет! – Сгорбившись под тяжестью Михаила Юрьевича, террорист исхитрился протиснуть пятерню ему между ног, ухватил Юдинова за мошонку и сжал кулак.

– А-а-о-о-у-у!.. – завыл Юдинов, передумав падать, вытягиваясь в струнку и как бы трезвея.

– Что, бо-бо? – Садистская хватка ослабла. – Больно вашему величеству? Будете меня слушаться, батюшка барин, или...

Юдинов поспешил кивнуть, по сморщенному лбу Михаила Юрьевича скатилась соленая капля и сорвалась с кончика носа, глава «Никоса» более не благоухал зарубежной парфюмерией, от него разило потом и страхом.

– Пошли.