Час бультерьера

Прошло несколько секунд, способность ориентироваться в собственных ощущениях восстановилась полностью, и я узнал, что лежу в чем мать родила на узкой лавке, одной из тех, что стояла возле стола, голые ноги под лавкой связаны крепко-накрепко в щиколотках, руки тоже завернуты под лавку, на левой, полноценной, руке браслетка наручников защелкнута стандартно, на правой наручник режет кожу под набалдашником протеза.

– Я слышу – у вас, товарищ, изменился дыхательный ритм, – произнес по-русски, догадайтесь, чей голос.

Иностранный акцент почти неуловим, его русская речь, как фальшивая купюра: не знаешь, что это фальшивка, можешь и за родную принять. – Вы вернулись в сознание, товарищ. Откройте глаза. Хватит притворяться, копируя мой актерский прием. Это вам не поможет, товарищ.

Открываю глаза, поворачиваю голову на голос и вижу, что в избушке произошла некоторая перестановка, пока я, ха, «спал». Хвала Будде, пока что не «вечным сном», но весьма похожим на оный.

Басурман американский – факел статуи Свободы ему в жопу, да с поворотом, да чтоб по самые гланды! – перетащил все трупы в тот угол, где находилась поленница дров, стол задвинул поближе к лежаку, освободил пространство возле печки-«буржуйки», установил на свободном пятачке две лавки параллельно одна другой, на дистанции полутора примерно метров лавка от лавки.

На одной лавке лежу я в костюме Адама, на другой, поближе к печурке, сидит он, и ему прекрасно видны мои связанные под лавкой ноги и, главное, скованные руки. В правом кулаке у америкоса пистолет, большой и красивый, в левом полешко. Еще несколько полешек валяется около печурки, а в самой «буржуйке» весело пляшут желтые огоньки пламени, и чайник, что стоит поверх печки, уже закипает.

– Ду ю спик инглиш? – спрашиваю американца и вежливо растягиваю рот до ушей.

Шутку он не оценил, даже глазами не улыбнулся.

– Разговаривать будем на вашем языке, товарищ.

– О’кей, мистер. Будем спик рашен. О чем будем спик?

– Кто вы и откуда, товарищ? Из какого учреждения?

– Пардон, я не въехал.

Что значит, «из какого учреждения»? Учреждения у нас бывают исправительные, бюрократические, еще бывают...

– Вы собрались ваньку валять? – Он, не глядя, швырнул полешко в жерло печки. Попал. А чайник уже шипел, вот-вот из носика пар повалит.

– Что значит «ваньку валять»? Дуньку Кулакову знаю, а про Ваньку впервые слышу.

– Из какой вы конторы? – Он привстал с лавочки, взялся за деревянную ручку чайника.

– Чай пить будем, мистер?..