Его М.Альвина (СИ)

Мне нужно молчать и надеяться, что есть хоть какой-то мизерный шанс выбраться отсюда. Спускаясь по железной лестнице, подсвеченной мягким светом красных ламп, я думаю о Мальвине. Хоть бы она даже и не заметила моего отсутствия. Концерт будет идти полтора часа как минимум. Может, я ещё успею. Может, я не подведу…

Но все эти блеклые «мечты» осаживаются, когда меня проводят не в общий игровой зал, а в отдельную комнату. Небольшое помещение с покерным столом и парочкой стульев в приятном полумраке подкидывает неприятные флешбэки. Какое-то время назад именно здесь я проиграл свою квартиру и машину. По факту просто проиграл жизнь. И даже он, Ворон, сидит на том же месте, где мы расстались с ним в прошлый раз, когда занял у него полмиллиона и тут же его проиграл.

– Первый готов, Виталий Павлович, – слышу пакостный смешок Дога, а потом и то, как захлопывается за моей спиной дверь.

Теперь я один на один с Вороном и кем-то из его личной охраны, прячущимся в углу комнатки. Несколько секунд в помещении висит тишина. Я гипнотизирую коротко стриженный квадратный затылок Ворона, сидящего спиной к выходу. А на идеально зелёном сукне стола сияет лишь до блеска начищенный пистолет. Блять, это точно не дружеское чаепитие.

– Садись, Данил, – прокуренным голосом Ворон приглашает присесть прямо напротив него за столом.

Провожаемый взором охранника, я без резких телодвижений располагаюсь на стуле по другую сторону стола и, наконец, встречаюсь взглядом с тем, кто походу будет решать мой финал. За прошедшие полгода Ворон не изменился. Как будто так и сидел на этом месте. Всё то же спокойное выражение лица с крупными чертами, массивная шея, обвитая чёрными линиями татуировок и чёрная рубашка.

– Ты не отдашь деньги, – холодно изрекает Ворон, бросая на меня пустой взгляд исподлобья.

Горло стягивает сухость и першение, поэтому у меня получается лишь прохрипеть:

– Послушай, я знаю, что затянул с выплатой, но ведь есть ещё время. Дайте мне его…

– Ты, кажется, не понял, Данил, – Ворон тоскливо вздыхает, не переставая буравить меня глазами. – Я не спрашиваю. Я утверждаю.

– Тогда зачем я здесь? Убить? А смысл? Мертвый я вам деньги не верну, – нервно усмехаюсь, а страх липнет к каждому моему позвонку, заставляя каменеть мое тело.

– Такие, как ты, не отдают долги. Такие, как ты, становятся примером для других. Но вопрос уже не в деньгах, а в моей репутации, – Ворон тянется к пистолету и поворачивает его дулом ко мне. – Каждый не возвращающий имеет право знать, чем закончится его путь заядлого должника. У него будет выбор и чужой пример перед глазами.

Мне кажется, что воздух в лёгких становится тяжелее свинца, который вот-вот придавит меня к полу. Я с трудом соображаю, потому что меня грызет страх.