Его М.Альвина (СИ)

– Да, я вызову такси, – тянусь к заднему карману своих джинсов за телефоном.

– Нет, – уверенно машу головой. Я ведь видела парочку несчастных смятых купюр, которыми Данил расплачивался за такси сюда. И что-то подсказывало мне, что это была большая часть его бюджета. – В прошлый раз платил ты, теперь моя…

– Мальвина, – меня перебивают, а глаза орехового цвета припечатывают хмурым взглядом, – убери телефон.

Я лишь отрицательно мотыляю головой и возвращаю внимание на экран своего смартфона, ищу глазами иконку приложения такси. Но стоит только нажать на нее, как мое запястье обвивается прохладными пальцами, а саму меня притягивают вперед.

– Аля… – жестко цедит Данил, а его лицо расположено всего в паре сантиметрах от моего.

– Да что?! – вырывается у меня так громко, что от собственного голоса звенит в ушах.

Я вижу, что Данил злится. Слышу его шумное, неровное дыхание, замечаю, как расширяются зрачки и как шарашит пульс, заставляя буквально вибрировать вены на жилистой шее.

И ведь дело не в дурацком такси и кто его вызывает. Проблема в этом гребаном сквозняке молчаливого напряжения между нами. И вот-вот он просто снесет меня к чертям.

– Данил, что между нами происходит? – Шепчу и сама не верю, что говорю это вслух.

Он с тяжелым выдохом закрывает глаза, освобождая мое запястье из своих пальцев, а кадык на его шее нервно дергается вниз.

– Ничего. – Ответ оказывается для меня слишком грубым и колючим.

Молниеносно хочется сжаться и обхватить себя за плечи, чтобы не рассыпаться на град из слез. А я готова. Вот прямо здесь и сейчас. Боже! Это какое-то конченое дежавю. Мне начинает мешать эта огромная джинсовка, все еще державшая мое тело в плену. Одним движением грубо срываю ее с плеч и просто швыряю в руки Данила.

На хрен! Доберусь домой как-нибудь сама!

Глотая первый горький всхлип, огибаю его широкоплечую фигуру. Успеваю сделать всего пару шагов прочь, как срывающийся в хрип голос расходится в сумерках по всей пустой улице за моей спиной.

– Блять, да что ты хочешь от меня услышать?! Что ты из моей башки не выходишь? Ну, так радуйся. Не выходишь, Аль!

И все-таки я рассыпаюсь. Проглатываю второй всхлип, но уже кусая себе губы до боли. Я оборачиваюсь и смотрю на потерянного Данила, стоящего посреди дороги, с единственной мыслью, что ненавижу его всей душой. Сильнее во мне лишь другое чувство, которое выкручивает из меня веревки уже которую неделю.

Именно оно толкает сделать три обратных шага к Данилу. Недолго думая, я обхватываю ладонями его лицо и очерчиваю большими пальцами четкие, напряженные скулы. Окончательно тону в этом потухшем взгляде, когда приподнимаюсь на носочки и просто впиваюсь в мягкие, полные губы Данила откровенным поцелуем.

Такси. Подъезд. Лифт.