Империя «попаданца». «Победой прославлено имя твое!»

Лейб-гвардии Измайловского полка батальон в четыре роты да преображенцев отряд в две роты. А в авангарде из Петергофа вышел неполный эскадрон сербских гусар, – отчеканил довольно пожилой, лет пятидесяти, солдат с морщинистым лицом и мозолистыми руками.

Посмотрел преданно на Петра и чуть пожал плечами – «прости, государь, такая уж петрушка получилась», – но тут же собрался и четко продолжил докладывать:

– А еще сюда гвардии четыре батальона неполных маршируют, да Конной лейб-гвардии три эскадрона, да гусар сербских несколько рот. В «Красном кабачке» на ночевке стояли, вскорости подойдут.

И из Петербурга еще войска идут – пехота с конницей, в две тысячи. В «Красном кабачке» сама государыня императрица в мундире преображенском, с ней конвоя Конной лейб-гвардии эскадрон. Всем этим войском собранным командует генерал-поручик Василий Иванович Суворов.

– Как зовут, где ранее служил, в походах был?!

– Иван Тихомиров, капрал второй роты. С фельдмаршалом Минихом на Крым ходил, при Куненсдорфе в грудь и ногу пулями ранен, медалью награжден, а в гарнизон Петербургский с Апшеронского полка за немощность переведен, ваше величество.

– Дурак ты, Ваня, полный дурак! Я же для таких, как ты, манифест подписал – 15 лет беспорочно отслужил, получай полста рублей, да увольнение от службы с ежегодным пенсионом в 12 рублей, пожизненно выплачиваемым. А хочешь, в государевы вольные хлебопашцы подавайся – земли надел в 15 десятин и лошадь, да 100 рублей на обзаведение. И 30 лет тягла не нести и сборов не платить. А теперь в канаве подыхать будешь, из полка за измену выгнанный. За то, что крест изменникам целовал и присягу супруге нашей подлой давал…

– Ваше величество, – потрясенно воскликнул капрал, – манифест ваш начальство утаило, не читали его нам! Силком да обманом сюда повели.

А присягу мы не принимали и крест не целовали. Не отрекались мы, обманом нас привели да водкой поили. Прости, государь, дай кровью вину искупить, животами все поляжем!

– Встаньте, детушки! Не буду на вас зла таить, коль вину свою тяжкую верной службой искупите! – Петру казалось, что безумное попурри из многих кинофильмов не имеет конца.

 – Бегите в разные стороны с офицерами моими, да своих солдат ищите, если через полчаса здесь все солдаты соберутся, то вину эту сниму с вашего полка полностью и манифестом оделю. Но служить верно будете, а к весне тех, кто сроки выслужил, честно и с почетом от службы отставлю. Идите да роты свои собирайте, хм, гарнизонные…

Петр повернулся и сделал знак. Тут же четверо адъютантов спрыгнули с коней, разобрали по солдату, о чем-то с ними переговорили и быстро разошлись в разные стороны.