Жестокая любовь мажора (СИ)

Жанна Александровна любезно улыбается Арзамову.

— Для привата мы вам подберем более подходящую девушку. А эта больше не работает в нашем клубе.

Холод пробирается под кожу и заставляет внутренности завязаться узлом.

А потом его пальцы сильнее сжимают мою талию и ухо обжигает горячее дыхание:

— Ты же не хочешь, чтобы я допустил подобное?

Его ладонь скользит ниже и жадно хватает за ягодицу, вызывая внутри дрожь отвращения.

— Уберите руку… — шепчу прерывисто.

— Что ты говоришь, милая?

Он снова сжимает мою задницу, на этот раз причиняя острую боль.

— Прекратите! — задыхаясь, я рычу и отпихиваю ублюдка.

— Убери от нее руки, — слышу грубое предупреждение и не сразу понимаю, кому оно принадлежит. В голове все мысли дыбом. И я уже вообще ничего не понимаю.

— Это ты мне? Ты ниче не попутал, Багира? — усмехается ублюдок. — Или сам решил засадить этой сучке?

Он грубо шлепает меня по заднице, но я не успеваю отреагировать — Багиров срывается с места и, перевернув стол, впечатывает кулак прямо в челюсть имениннику.

В полнейшем оцепенении я смотрю, как тело Арзамова дергается от удара и заваливается на диван. Вокруг начинается настоящий хаос.

Девушки неистово визжат, парни, быстро сообразив, в чем дело, сбиваются в кучу: кто-то из них пытается привести именинника в чувство, но его голова под крепкими мужскими пощечинами просто болтается туда-сюда, а кто-то оттаскивает Багирова в сторону.

Ахаю оттого, что меня кто-то толкает, снова выбивая из моих рук поднос, но сейчас я на это не обращаю никакого внимания.

Потому что парень, который оттаскивал Багирова, теперь бросается на него. И прежде, чем Илай успевает сгруппироваться, кулак противника врезается ему в лицо."

"Внутри все напрягается, словно этот удар прилетел по моему лицу. Мне становится хуже, когда я вижу, как из нижней губы Багирова брызжет кровь. Как ни в чем не бывало он вытирает ее предплечьем и с головы вырубает своего противника.

Через секунду в випку врывается охрана: одни — просят выйти всех девушек, другие — бросаются к Багирову и парню, который с трудом поднимается на ноги.

Я замираю, практически не дышу, когда тяжелый напряженный взгляд Илая падает на меня. Но острая боль, вспыхнувшая в локте, быстро приводит в чувство.

Я поворачиваю голову и встречаюсь с жестким лицом Горгоны. Ее правый глаз дергается, сигнализируя о крайне взбешенном состоянии.

— Пошла отсюда ВОН, — шипит она мне в лицо. — Молись, чтобы увольнение было самым наименьшим твоим наказанием, идиотка.

Нервно сглатываю и, высвободив руку из ее цепких пальцев, бросаюсь прочь.

Музыка вибрирует на разгоряченной коже. Душно. Я задыхаюсь, но все равно бегу, наплевав на дефицит кислорода в легких.

Перед глазами снова пелена слез.