Инакий 2 (СИ)

Вот почему возбудился Ибн, он увидел белку, слуга опять голоден. Почувствовав подступающую дурноту, Сухмет вернулся, резко оборвав все связи, ощутив неприятную пустоту, будто лишился чего-то важного.

Чужое урчание отрезвило, буквально вырвав его из слабости. Вовремя! Зубы клацнули в миллиметре от лица обдав смрадом из пасти. Не удержавшись, Сухмет упал на спину, тут же приняв на себя вес горячего тела.

«Что за дела? Где Ибн?» — подумал парень, открывая глаза.

Увидев своего слугу, моментально пришёл в себя и дёрнул за ниточки. Так ему представился дар.

Ибн сначала обмяк, а затем руководимый хозяином, резко поднялся опять уставившись на то дерево.

«Ты слишком сильно его привязал!» Вспомнились слова того призрака.

«Так вот, как оно бывает!» — подумал Сухмет.

Он вспомнил как спокойно спал, пока его охранял Ибн и поёжился.

Вот что это значит! Слуга не мог напасть, потому что считал хозяина частью себя… И сейчас считает!

Он разорвал связь, не понимая, что делает, можно сказать случайно и теперь знает, каково это. Призрак прав во всём, это больно и его придётся убить! Но не сейчас. Понимая, что тянет время, Сухмет направился в сторону города.

Страшно подумать на какие выверты способно сознание иммунного. Кто бы что не говорил, не доказывал с пеной у рта, пусть даже умудренные опытом институтские: «На Стиксе мол, есть люди и заражённые!»

Правду знают единицы, ну, возможно, кто-то строит догадки.

На Стиксе нет людей! И вопрос тут, вовсе не в моральных устоях. Попав в этот мир, человек приобретает пассажира, который будет управлять им до конца дней. Тех, кто не справился с воздействием, в простонародье заражённых, пассажир контролирует практически полностью, оставив за ними, лишь выведение отходов жизнедеятельности. А с другими, коих намного меньше, чуть сложнее, но сути это не меняет. Человек в симбиозе с псевдо-разумным организмом, уже не человек! Микоризы грибка, по сути, корни, проникают в святая святых — мозг. А если у тебя в голове чужие корни, то кто ты? Вопрос на миллион!

Сухмет многого из того не знал и вообще не думал об этом. Стоя на окраине села, в котором родился, он смотрел на играющих детей и не было ничего удивительного, что в одном из них, парень узнал себя. Худой, коротко стриженый мальчишка прятался за кустом, в руке деревянный меч, за спиной неказистый лук. Ещё секунда и он нападёт на крадущегося противника.

Напряжение… прыжок! Мальчишки с криками покатились по скудной траве; ссадины, ушибы, обычное дело. Так, в своё время играли их отцы и деды, с возрастом игры менялись, деревянное оружие превращалось в настоящее. Вся жизнь война!

Сухмет уже начал умиляться, воспринимая картину как должное. Но дальше всё пошло не так.