Инакий 2 (СИ)

Процент выживания невысок, сдохну пойду на корм… А если выживу? И что делают с тварями? Сухмет сомневался в возврате в прежнее состояние, хватает взгляда на лицо или скорее морду, от человека там, только схожая внешняя оболочка.

Надо исходить из того, что выживание радости не принесёт! Эксперименты, опыты на живых людях, он слышал об этом ещё тогда, в прошлой жизни.

Внимание к мелочам, жажда познания! Вот чем Сухмет отличался с самого детства. До недавнего времени, у него были только мысли. Так что он никак не мог пропустить появления, чего-то нового. Видеть, слышать, а главное чувствовать — сейчас это происходило по-иному. Странный смрад издаваемый тварями, не был запахом, в привычном понимании. Будто они…

«Мысли!» ­– от догадки стало не по себе.

Он вдруг почувствовал свою короткую причёску, всю до последней волосинки.

Странно, непривычно. А ещё, давно забытое — радость! Он стал сильнее! Превратив победную улыбку в оскал, задумался о другом.

Как же тогда переговоры скафандров? Явно не мысли, можно, конечно, допустить, что думаю — то и говорю, но сразу несколько человек, не бывает такого…

«Хотя! Не важно, будет день, будет пища,» — успокоив себя, Сухмет подхватил батончик, ему нужны силы.

Обычный земной лес. Сухмет иногда сомневался в правильности своих выводов, ведь никто ему об этом не говорил, он вроде как подслушал. Проигнорировав крик какой-то птицы, иммунный обратился в слух. Впереди, на грани восприятия ощущался смрад, впрочем, как и слева. По другим сторонам было глухо, будто специально ограничивали. Он ещё не знал, как относиться к своей новой силе, но то, что она поможет в побеге, не сомневался.

— Слышь Сухер, ты чо как пёс принюхался? — нацист или теперь просто Тупой, манерам не изменял. Невоспитуемый, так про таких типов говорил наставник.

Прогулки начались три дня назад, а до этого выживших неделю кормили, поили нектаром и ещё какой-то гадостью, замешанной на уксусе. Сухмет терпел, потому как чувствовал, сила медленно заполняла тело. Перед первым выходом на «волю», их разделили на тройки и приставили надсмотрщика.

Поначалу он воспрял. Всего один вертухай, свобода близко! Но первая же демонстрация, вернула на грешную землю. Нацист, это свинья с человечьим лицом, посмеялся над именем вертухая. Тот, кстати, от зеков ничем не отличался, та же одежда, а главное не было скафандра.

— Оби? Как прокладка что ли? Гы-гы-гы!

Досталось всем, нацисту естественно больше. Обиван метался меж ними, как настоящий джедай, раздавая тумаки. Метался, бил и объяснял новые правила. Невоспитуемый тупил больше всех, как результат очередной перелом носа и отбитые яйца. Ходил потом весь день, злобно позыркивая. А ещё им раздали новые имена: Тупой, Сухер и Вонючка.