Из западни

И потребовать интернирования «нарушителя правила 24 часов». В общем, как «Ваканду» с «Оккупадой» продавать, так это не открытое пособничество японцам, а как заставить портовые власти Суэца работать честно, так это помощь русским, – кратко и емко резюмировал Вадик содержание прочитанной статьи в беседе с царем. – Или что-то тут не так, Николай Александрович? Ведь мы всё равно с германскими угольщиками броненосцы во Владивосток приведем. Хоть вокруг Африки. И они это понимают. Но в чём же тогда подвох? Не в призыве ли ко «всем остальным странам»? Но из этих остальных на историческом маршруте русских броненосцев почти сплошные французские владения. Не сторговались ли окончательно союзнички у нас за спиной? Не ускорилось ли формирование Антанты?

В моем мире, как я вам уже докладывал, они подписали в апреле три меморандума по разделу сфер влияния в Африке. Но при этом был еще секретный протокол по Марокко, четко фиксирующий Германию как общего врага «Номер раз», а нас – как пушечное мясо против него, посредством русско-французского союзного договора. Сейчас, ввиду нашей активности, как на море, так и в вопросе сближения с Германией, могли ведь и дальше пойти. Тем более что в апреле пока ни о чем таком не объявляли. Значит, или их дебаты затянулись, или соглашение достигнуто, но пока решено его засекретить. Сдается, что второй вариант более вероятен.

Как вы считаете, есть смысл проинформировать обо всех этих шашнях вашего кузена Вильгельма? Может, постараться разгрести это безобразие чужими руками?..

На следующий день, во время его очередного доклада, министр иностранных дел граф Ламсдорф получил весьма секретное и безотлагательное предписание императора. Россия сделала ответный ход, ответив на британскую ноту встречной.

В документе указывалось, что почти 80 процентов поставок в Японию оружия и боеприпасов идёт через Суэцкий канал. Российское правительство разделяет британскую озабоченность нарушением нейтралитета некоторыми странами и торговцами. В связи с этим, а также в связи с неспособностью таможенных властей Суэца выявлять и задерживать контрабанду, Россия планирует привлечь к таможенной службе в Средиземном море пять броненосцев и семь крейсеров…

Биржи всего мира шатнулись – это был не иначе как прямой вызов Лондона на войну. Причем недвусмысленно поддержанный Германией, в газетах которой всплыли некоторые пикантные подробности англо-французского «сердечного согласия»!

Париж пребывал в нокдауне: затрещала по швам вся выстраиваемая им два с лишним десятилетия конструкция противостояния с Германией, опирающаяся на русские штыки. Жажда мщения за Эльзас и Лотарингию начала сменяться памятью ужаса Седана.