Из западни

Кипел аврал и на ожидающем своей очереди на докование «Азове».

С учетом задачи отправить отряд подкреплений на восток как можно скорее, высокое начальство других кораблей в него не включило. Многие надеялись, что с нами выйдет и кто-нибудь из кораблей типа «Бородино». «Император Александр III» практически был уже готов, неоднократно выходил в море для стрельб и учений, и мы наблюдали за перекраской его в боевой цвет. Но из-под шпица виднее. Там не хотели связывать с тихоходными стариками новейшие броненосцы, а их, в свою очередь, собрать в единый, мощный кулак. Но одно дело понимать академическую правильность такого рассуждения, и совсем другое – осознавать, что мы могли бы пойти в бой вместе с этим могучим кораблем…

Не успевают подготовить для нашего отряда и «Сисоя Великого», который, судя по всему, двинется в поход вместе с «бородинцами». Решение это неоднозначное, поскольку по скорости он новейшим кораблям наверняка будет уступать, что снизит общий ход отряда. Но верх берут соображения о сроках готовности к выходу, и ждать его мы точно не будем. Другое дело, что ГМШ, возможно, планирует наше соединение с этими броненосцами где-то по пути, перед театром боевых действий. Вот тогда мы представляли бы собой довольно внушительную силу. Но до нашей кают-компании ничего точного на этот счет не доходило.

Пара попыток забастовок среди мастеровых, вызванных антивоенной пропагандой подковерных политиканов, закончилась с личным приездом в Кронштадт императора. После чего действительно имевшие место недоразумения с выплатой жалованья и сверхурочных прекратились, а виновные были наказаны. С этим прекратились и забастовочные поползновения.

Из замечательных событий того времени запомнился салют, данный флотом и фортами в честь блистательной победы «Варяга» и «Корейца» у Чемульпо, имевшей следствием захват «Варягом» у японцев двух броненосных крейсеров, получивших имена «Память Корейца» и «Витязь». Оказывается, наш славный крейсер вовсе не погиб, как все мы до того считали, а пошел на перехват выстроенных в Италии судов и по пути подкараулил. Воспользовавшись тем, что вели их наемные перегонные команды, командир «Варяга» топить их не стал, а взял на абордаж! Подвиг в стиле времен Петра Великого или Федора Ушакова. Подъем душевный на кораблях и в порту был необычайный. Казалось, что силы прямо утроились!

Вокруг наших «пожилых» судов кишел форменный муравейник. Достаточно сказать, что «Николай», как и мы, перешел на бездымный порох, башенные орудия его с новыми замками теоретически получили возможность стрелять в полтора раза чаще.