Из западни

И, само собой, и тем, и другим хочется, чтобы процент прибыли был побольше, а контроль со стороны государства – поменьше.

Сами рассудите, поставив себя на место капиталиста: зарплата рабочего – это издержки, расходная часть. А издержки ему необходимо минимизировать. Значит, идеальная зарплата рабочего, по логике фабриканта, должна стремиться к нулю. А совесть – она у каждого своя. И не каждый капиталист готов видеть в своем наемном рабочем живого человека. Так, как, например, тот же Савва Морозов у нас или у немцев Крупп. Поэтому роль справедливого арбитра в отношениях труда и капитала для государства сегодня – одна из важнейших. Ибо все здесь как закон сообщающихся сосудов. Потрафим одним, получим социальный взрыв с другой стороны. Так что с одной стороны – трудовое законодательство и укрепление кадров фабричной инспекции, с другой – профсоюзы. В этих условиях нашим господам капиталистам будет о чем важном подумать, кроме расшатывания государственных устоев, – Вадик ехидно усмехнулся.

– Но ведь тогда промышленники могут, наоборот, начать еще активнее рваться к власти и революцию готовить? Под всякими демократическими лозунгами.

– Ну, а «новые опричники» для чего?.. Короче говоря, ваше величество, всем нашим сословиям – и дворянам, и капиталистам – промышленникам, банкирам, купцам, и крестьянам, и рабочим, и мещанам, и разночинцам-интеллигентам – почему-то кажется, что вы и только вы должны все их, и только их, требования удовлетворить. А еще и духовенство, мечтающее о патриархате. И староверы, жаждущие уравнения в духовных правах, которых мы пока оставляем за скобками.

– Но как? Это же невозможно – угодить всем. Причем сразу… – с сомнением взглянул на Вадика Николай.

– А зачем же сразу? Вы выберите для начала тех, чьи требования кажутся вам наиболее справедливыми и невыполнение которых уж точно приведет к революционному взрыву. Но вынужден предупредить – в тот раз вы сделали ставку на дворянство. И прогорели. Так что его я бы вычеркнул… Кстати, знаете, почему прогорели?

– Почему? – Николай был явно неприятно поражен и обескуражен.

– Дело все в том, что, отменив крепостное право, ваш дед лишил дворянство дармового гарантированного дохода. Просто отобрал с рассрочкой в виде выкупных платежей. И чем ближе становилась перспектива зарабатывания денег собственным трудом и умом, тем более ненавистными становились для некоторых из них Романовы – потомки Александра Второго. Увы, эти «некоторые» по большей части наиболее богатые и влиятельные представители своего сословия. И они с удовольствием заменят вас на троне тем, кто готов вновь железом и кровью вернуть Россию в средневековье с его крепостным рабством.